А ко всему прочему я обеспечу тебе неустойку, в составлении договора принимал участие Витя, и я уверена, что он сделал все, чтобы защитить меня от такого рода форс-мажоров.
Слова лились из Ани огромным потоком, она не была уверена в наличии или отсутствии лазеек в договоре, ведь раньше проблем не возникало, но отчего-то именно сейчас в ней зарождалась уверенность. Варшавский отступит, если не дурак, а если дурак, то ему же хуже.
Глава 6
Николай всматривался в лицо Ани и не мог поверить в то, что перед ним стояла та же девушка, что когда-то шарахалась от каждого скрипа.
Нет, сейчас она походила на фурию, готовую защищать свое и выгрызать только самое лучшее. Варшавский понятия не имел, почему его так колбасило, но стоило увидеть девушку в компании с другим, так шоры упали на глаза. Мужик его бесил чисто одним фактом своего существования, да и внешность у него была отталкивающая, и что она вообще нашла в нем?! Вот что? Ни рожи, ни кожи, да и вообще…
Хотелось подойти, отобрать своего сына и вмазать по роже мужику, имеющему доступ к его ребенку.
А Варшавский не имел, он даже поговорить с ним не мог толком, и не было ни единого шанса, что Аня смягчится, сжалится.
—Я заставлю тебя говорить со мной, чего бы мне это ни стоило, — напоследок проговорил Николай, разворачиваясь на пятках. Внутренности горели как на костре.
—Больнее, чем было когда-то, ты уже не сделаешь, — злобно кинула в ответ Анна.
Николай остановился моментально. То, каким тоном были сказаны эти слова, что-то перевернуло в его душе, вряд ли способной на сострадание.
Мужчина оброс броней и не мог уже испытывать простые радости, но здесь…что-то заставило сердце екнуть.
По пути домой Варшавский переваривал все, сказанное девушкой, и ничего не мог понять. Да, он уехал тогда, сменил номер и вообще постарался абстрагироваться, вот только никто не говорил ему, будто бы Аня искала его. И узнай он тогда о беременности, нет, он не смог бы простить измену, но ребенку бы он помогал.
Николай был абсолютно вменяемым и умел нести ответственность за свои поступки. Если только сама Аня не врет, может это все просто дешевый фарс? Как впрочем и слова любви, которые она говорила, а позже изменила ему с другим.
Варшавский взял телефон, чтобы набрать отца. С матерью говорить желания не было, он еще от прошлого раза не отошел, и что-то подсказывало мужчине, что очередная беседа закончится конфронтацией.
—Да, сын.
