А немецкие винтовки Ковалев даже не считал – их излишки грудой свалили за одним из домов после того, как бойцы перевооружились трофеями и сдали остатки мосинских патронов расчетам с ДП.
Ни лейтенант Ковалев, ни особист-наблюдатель, да и сами бойцы, не ожидали настолько успешных результатов первого дня оборонительных боев. Практически на ровном месте, без капитальных инженерных оборонительных сооружений – только за счет плотности и маневра огнем, неожиданных для фашистов – два неполных взвода бойцов сумели нанести им чувствительные потери в живой силе и технике.
И при этом – за счет трофеев – практически не потеряли в огневой мощи, а по пулеметам так и значительно усилили ее. Лейтенант Ковалев, когда особист все, что хотел, зарисовал, подсчитал и выяснил, и собрался ехать в штаб дивизии на немецком мотоцикле, захваченном утром, набрался наглости и попросил его прислать для захваченного немецкого броневика экипаж, чтобы использовать его в завтрашнем бою. А своим бойцам дал команду выставить дозоры и отдыхать.
Так закончился для него первый день войны – его собственной войны.
А старший политрук поспешил в штаб дивизии – доложить бригадному комиссару Трофимову результаты своих наблюдений.
Трофимов, ознакомившись с отчетом своего помощника, которого он направил проверить эффективность идей лейтенанта Иванова по улучшению обороны на въезде в Сокулку, высказанных им вчера, а также степень понимания и реализации этих идей лейтенантом Ковалевым, серьезно задумался. То ли молоденький и еще ни разу не бывший в бою лейтенант Ковалев оказался очень способным учеником, то ли лейтенант Иванов – очень способным учителем.
А скорее всего – и то, и другое вместе. Иначе, как объяснить потрясающую эффективность первого для молодого командира дня боев, четыре отбитые атаки, низкие потери в живой силе и технике? И это под регулярной бомбежкой и артобстрелом! А еще богатые трофеи, которых бойцы Ковалева – ну хомяки, право слово, – за день боев столько насобирали, как бы ни больше, чем у них было до этого!
Да, трофеи… Трофимов, сам воюя давно и на разных фронтах, знал, что сбор трофейного оружия и техники и последующее их использование в боях в Красной Армии не только не поощрялось, но и прямо запрещалось под угрозой наказания.
Согласно действующей идеологии – сбор и использование трофейного оружия были показателем признания того факта, что оружие врагов Красной Армии (и Советской власти соответственно) является более лучшим, чем собственное оружие.
