Далее – помимо удобного расположения, позволяющего нам серьезно блокировать противнику снабжение и переброску войск, в том числе наглухо перекрыть важную автомобильную рокаду, в этом городке сейчас находится много всяких нужных и полезных для нашей армии ресурсов: вооружение, боеприпасы, вещевое и хозяйственное имущество; много чего еще, список длинный – все, что находилось перед войной на размещенных там складах 27-й стрелковой дивизии, было брошено при поспешном отступлении и досталось немцам. Кроме того, есть еще один приятный бонус – противник, понимая важность и удобство Суховоли для обеспечения своей военной логистики, организовал там пункт сбора трофеев, куда со всей округи свозят технику, вооружение, в том числе тяжелое, и прочие найденные полезности, которые там же и ремонтируют, восстанавливают для последующего использования в своих целях.
Согласитесь, нам все эти ресурсы, крайне нужные и важные для нашей армии, совсем не помешают и уж точно нужней, чем фашистам. Поэтому, даже не учитывая остальных резонов, захват и удержание Суховоли хотя бы на время, потребное для вывоза этих ресурсов, уже оправдано.
Но есть и еще один, очень важный аспект, диктующий необходимость атаки и последующей обороны Суховоли именно сейчас. Я имею в виду пленных и их дальнейшую судьбу. Мы с вами ведь для чего весь этот рейд затеяли? Чтобы пленных наших освободить, это понятно, это необходимо – советских людей из неволи вражеской вызволить. А дальше что? Ну, вот освободили мы их, вывели на нашу территорию… Что с ними потом станет? Вы ведь лучше меня знаете, что: горнило особых отделов, допросы, тотальное недоверие ко всем без разбору.
Потом, по итогам дознания, почти всем им одно решение будет: добровольная сдача в плен и оставление оружия врагу, а некоторым – так и сразу измена Родине. Пусть где-то и справедливое, а где-то и не очень – сами видите, что сейчас творится и как легко, даже без своего желания, в плену очутиться можно, но решение будет именно таким.
И что дальше? Дальше – это будут уже не воины и защитники Родины, а в лучшем случае, если без расстрела, заклейменные на всю жизнь несчастные люди, и клеймо это им, в какую бы часть потом ни попали и как бы отважно там ни сражались, – оно уже все равно в биографии будет. Да и сами они после плена – пока не бойцы. По крайней мере многие из них. Деморализованные, голодные, измученные физически и морально, опустошенные – ну какие из них сейчас бойцы.
