А тут еще и прямо к казарме подъехал немецкий полугусеничный бронетранспортер, из кузова которого на довольно корявом, но совершенно понятном языке его родины лейтенанту поступило предложение выйти наружу, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию…
Подогнав «Ханомаг» к казарме с угла, в мертвую зону ответного огня, и вызвав немецкого командира, Сергей, снова используя Кешу в качестве переводчика (нет, это никуда не годится, надо срочно учить язык нового противника, английский тут не канает, хотя бы на уровне «щас я вам всем капут»… и к слову, как там моя «учительница» сейчас…), приступил к обсуждению условий капитуляции.
Условия в его изложении были крайне незатейливы и просты для понимания: немцы обязуются сдать оружие, документы, средства связи, амуницию и частично обмундирование, а советские войска, в лице Сергея и его подчиненных, за это обязуются немцев не убивать и отконвоировать на территорию, занятую советскими войсками, где передать вышестоящему советскому командованию для решения их дальнейшей участи.
Немецкий лейтенант Сергею сразу не понравился. Да, он оказался не трусом и не побоялся в одиночку выйти под пулеметы. Но его поведение, тон, вся эта псевдоарийская спесь – все говорило о том, что перед ними типичный ублюдочный «сверхчеловек», в тупую башку которого геббельсовская пропаганда о расовой неполноценности славян и прочих неарийских народов явно не просто просочилась, а мощно там укоренилась, проросла и стала чуть ли не базовым инстинктом. Выслушав условия полной и безоговорочной капитуляции, эта арийская гнида невинно сообщила, что ему надо немного подумать, а пока – у них в казарме сейчас находится пленная русская медсестра, и, если вдруг русские надумают атаковать, то… как бы ее тоже не того…
Ярость и ненависть мощно ударили в голову – Сергей и сам не заметил, как выпрыгнул из кузова и очутился на земле рядом с немцем.
Захват за горло, удар коленом в пах – фашист ожидаемо согнулся от боли – перехват, удар локтем сверху по загривку, а потом снова подхват за горло снизу, и вздернуть вверх, на уже подгибающиеся ноги, попутно хорошенько приложив немца пару раз башкой о кузов бронетранспортера.
И, не отпуская захвата за горло, он бешено выдохнул немцу прямо в его арийскую рожу:
– Медсестра, говоришь?!
Сергей, после короткого разговора с тем раненым старшим лейтенантом, что из последних сил доковылял до ворот, уже знал, что у немцев в казарме сейчас находится пленная русская девчонка – санинструктор.
