И делают это совсем не так, как до войны красиво показывалось на постановочных маневрах, а громоздко и крайне неуклюже, в отличие от тех же немцев… Да что там технику – кавалерию вот, которую до войны ориентировали на разведку, рейды по вражеским тылам и диверсии и соответственно готовили, сейчас в лобовые атаки на пулеметы и вражеские танки бросают, не считаясь ни с какими потерями. И вот результат – от целого кавполка чуть больше эскадрона осталось… Но это так, к слову пришлось, а вот про технику и общую насыщенность различным тяжелым вооружением – отряд лейтенанта Иванова никаким штатным нормативам не соответствует, намного их превышая.
Да еще он по пути все подряд собирает, даже то, что на взгляд его, Сотникова, вообще ненужный и бесполезный хлам. И что же это тогда за подразделение такое интересное получается, для выполнения каких задач оно предназначено? Сотников за всю свою службу ничего подобного не только не видел – даже и не слышал.
С разносом этим, несостоявшимся – ну какой, скажите, лейтенант, получив в свое подчинение старшего по званию, удержался бы от проявления своего командного превосходства, да еще в ситуации наличия однозначной вины своего нового подчиненного? Да, неудобно получилось с его архаровцами – слишком уж они увлеклись, и в результате вместо красивой рисовки получились потери и испорченное впечатление. А Иванов – человек! – не стал целого капитана мордой лица в ошибки и неудачи тыкать, хотя и право формальное имел, и повод больно уж подходящий.
Сотников сам-то в такой вот ситуации на месте лейтенанта, положа руку на сердце, удержаться, наверное, не смог бы, а этот лейтенант – удержался, причем как-то даже буднично, не особо акцентируя на этом внимание. Не гоношистый карьерист, нет – человек…
Еще момент – этот его инструктаж для разведки по выявлению немецких шпионов в найденных группах, и что с ними потом делать, чтобы, значит, они не успели вреда нанести.
Сначала, когда лейтенант после общих вопросов и постановки индивидуальных задач всех распустил и тут же с какой-то странно-ироничной усмешкой произнес: «Капитан, а вас я попрошу остаться…», Сотников подумал было, вот оно, начинается, и приготовился к разносу. Но нет, опять нет – всего лишь еще один инструктаж, зато какой!..
