А Хацкилевич, после рассказа дивизионного комиссара об уничтоженных колоннах вновь испытавший приступ ненависти, потом внезапно успокоился и подумал, что лейтенант Иванов, со своими знаниями и опытом из другого времени, наверняка подскажет несколько эффективных способов использования пленного диверсанта, да и жизнь самого подонка наверняка поможет сделать яркой и насыщенной неприятными сюрпризами. А потом, неожиданно для себя, облегченно, широко улыбнулся. Сильные эмоции, испытанные им сейчас, как-то смыли с души, уничтожили терзавшую его с момента поражения под Гродно хандру вкупе с некой растерянностью, непониманием ситуации.
Исчезли сомнения, неуверенность, на душе стало легко от наступившей определенности и кристальной чистоты мыслей.
Ничего, как говорится, еще не вечер, и немцы – в том числе при личном участии его, командира 6-го механизированного корпуса генерал-майора Хацкилевича – еще умоются кровью, уж он-то постарается! И как первый шаг для этого – как можно быстрее в Белосток, собирать войска, вооружение, технику, ресурсы, и потом из всего этого организовывать оборону вновь создаваемого укрепрайона.
А там – война план покажет…
Глава 6"
"Остаток пути Хацкилевич, отбросив рефлексии и вновь обретя прагматичный оптимизм, изучал материалы по организации обороны, в том числе в условиях окружения, от лейтенанта Иванова, а также продумывал и набрасывал в блокноте свои первоочередные действия в Белостоке в качестве командующего укрепрайоном. Закончил как раз к моменту въезда в город, где его встретил порученец из штаба 6-го мехкорпуса, от которого поступил доклад по текущей ситуации и о состоянии дел в корпусе.
Доклад этот командира корпуса весьма порадовал. Все уцелевшие части и подразделения мехкорпуса, которые, согласно последнему приказу, отступали к Белостоку, сейчас уже в его окрестностях, активно пополняют боекомплект, восстанавливают материальную часть и, не обращая внимания на истерическую суету остальных «отступанцев», активно готовятся к оборонительным боям.
Отдав порученцу новые приказания по корпусу, генерал-майор в еще более приподнятом настроении направился в штаб 10-й армии.
Однако, перемещаясь потом по городу, Хацкилевич вновь подрастерял свое хорошее настроение и вместе с этим отчетливо понял, почему лейтенант Иванов вчера так явственно кривился и был так сильно расстроен, рассказывая об «отступлении» трех армий с Белостокского выступа в его варианте Истории.
