Мне было легче представить, как Артур принуждает меня к аборту, чем предлагает свадьбу. Но и подобному варианту я отнюдь не рада. Вступать в брак из-за его нежелания иметь незаконнорожденного ребёнка я не стану.
— Я не собиралась вешать на тебя какие-то обязательства, Артур.
— И это меня огорчает больше всего, Юля. Ты должна была мне сказать. На ребёнка я имею такое же родительское право, как и ты.
— Я хотела тебе сказать, но, знаешь ли, обстоятельства не располагали, — заметила колко.
— Значит ребёнок всё-таки мой, — подытожил Артур, самодовольно улыбнувшись, а я побагровела, осмыслив свою последнюю фразу.
Стихла, не желая больше продолжать разговор, только это не помогло.
— Почему ты солгала?
— Потому что не хочу иметь с тобой ничего общего, — процедила сквозь зубы.
Его лицо закаменело, а в воздух в салоне пропитался его недовольством. Артур свернул на повороте, подъезжая к частному сектору, где был таунхаус отчима и проговорил:
— Давай сейчас оставим все обиды, и хорошенько всё обдумаем.
— О чём тут думать?"
"— О нас, Юля. Мы не можем оставить всё как есть. Теперь не можем.
— Я не хочу выходить замуж за человека, который руководствуется только логикой. Для кого ты хочешь выглядеть правильным, Артур? Ни мне, ни моему ребёнку этого не нужно.
— А чем по-твоему я должен руководствоваться?
— Может быть, чувствами? Хотя тебе такое слово вряд ли знакомо! — Сама не понимала, почему мне было так важно его обидеть.
Но даже если мои как-то задели Артура, виду он не подал.
— Ты прекрасно знаешь, что всегда нравилась мне, Юля, — сказал он ровным голосом. — Так что не говори ерунды.
Нравилась. Как жалко сейчас звучит это слово! Словно я новая марка машины или удобный гаджет в его копилке, но никак не любимая женщина, с которой хочется прожить всю оставшуюся жизнь.
У меня была любовь, у Артура — только удобная забава. В этом вся разница.
— Я понимаю, что немного перегнул. Должен был разобраться во всей этой истории более тщательно…
— Немного? — фыркнула возмущённо.
Артур раздражённо закатил глаза, не придавая значения моему праведному возмущению. Мы остановились у ворот дома, и он тут же поймал мою руку, сжал в своей ладони, словно боялся, что я сейчас убегу. От его прикосновения по коже пронеслась непрошеная тёплая волна.
— Мне нужно время, чтобы во всем разобраться, — негромко произнёс он. — А тебе нужно время, чтобы подумать…
Одернула руку и быстро открыла дверь автомобиля.
— Не о чем тут думать, Артур.
