Она заставляла меня улыбаться даже тогда, когда мне хотелось кого-то прибить. Заставляла хотеть её до обжигающих спазмов, просто пройдя мимо. Она была моим наркотиком, без которого моя жизнь превратилась в сплошную ломку. Только признавался ли я себе в этом сам?
Нет.
Я считал, что смогу порвать с ней так же, как с любой другой. Посчитал её лживой притворщицей, которая, как и все, гналась за моими деньгами. А в итоге, обманул сам себя. Юле не нужны мои деньги, ей ничего от меня не нужно. Даже тот вечер, когда я застал точно такой же спящий клубочек у себя в комнате, сейчас кажется мне нелепой иллюзией.
Когда я не увидел Юлю в её комнате, запаниковал. Обошёл ведь дом, даже мысли не допуская, что она могла быть у меня. А когда обнаружил её, лежащую на моей кровати, стоял и чувствовал, как внутри меня возрождается нечто тёплое и яркое. Именно этих ощущений мне так не хватало с тех пор, как мы разошлись. Юля ждала меня, и уснула с моей рубашкой в руках. Завис над ней, наблюдая за размеренным дыханием, за умиротворёнными чертами лица, и глазам не мог поверить.
Тогда я подумал, что на верном пути нашего сближения, что её чувства не угасли, и я всё делаю правильно, нужно лишь набраться терпения. Признаюсь, всё время, пока мы жили под одной крышей, я до одури боялся, что она снова от меня сбежит. И та ночь меня немного успокоила. Как оказалось на утро — зря. С того момента всё стало только хуже. Теперь я возвращался домой и практически не видел Юлю. Лишился даже того времени, что мы проводили вместе за ужином.
Она уходила либо в беседку, либо закрывалась в своей комнате. Я могу по пальцам пересчитать, сколько раз она разговаривала со мной за всё прошедшее время.
Посмотрел на время — уже два часа ночи. Завтра решающая сделка, на которой я рассчитывал подловить Демьяна. Если мы с Тимуром всё рассчитали верно, он передаст важные документы Головину. Главное — не упустить человека, которого будут для этого использовать."
"Осторожно поднялся с кресла и подошёл к Юле. Поправил одеяло, натянув его на плечи и бесшумно вышел.
Дожил, чёрт возьми! Крадусь из комнаты матери своего будущего ребёнка, как обжора из кухни посреди ночи. Кому рассказать — не поверят.
Едва я закрыл за собой дверь, как внезапно услышал тихий стон Юли и затем громкое:
— Ай-яй-яй-яй!
29-2
Первой мелькнувшей в голове мыслью было то, что Юля рожает. Так рано же ещё! Ворвался назад в комнату и за долю секунд оказался рядом. Юля сидела на кровати, резво растирая ногу, и продолжала жалобно айкать.
