— Что, Матильда? Да в чулках я, в чулках! — в сердцах воскликнула герцогиня и обернулась. — Что это?
— Цветы Вам. Вот! — огромный букет нежных фрезий красовался в руках восхищенной девушки.
— От герцога? — бесцветным голосом переспросила Юлия, заметив, как приоткрылась дверь мужниного кабинета, мимо которого и лежал её путь.
— Не знаю, но их принесли только что, и там ещё записка.
— Записка? — Лия ловко выхватила из рук Матильды послание и глянула на красивый вензель графа Бурже. — О! Признаться, я от него не ожидала подобного.
Но это так мило!
Дверь в кабинет приоткрылась ещё больше, и девушка отвернулась, догадываясь, кто их сейчас подслушивает.
— Этот букет отнеси ко мне! Ах, нет, постой! Записку я заберу.
И, помахивая кусочком надушенной бумаги, она продолжила свой путь.
Языки жаркого пламени в камине быстро сожрали маленький квадратик картона, не оставив даже пепла от «любезностей» мага."
"— Что пишут твои поклонники? — нежные руки герцога обняли плечи вздрогнувшей Юлии, и она почувствовала тёплое дыхание мужа у себя на затылке.
— Понятия не имею, я не читала, — тихо ответила девушка, чуть отстраняясь и разворачиваясь к Эрролу. — А что интересного вам пишут поклонницы?
Дункан, вдруг разом растерявшись, посмотрел на свою супругу. Потом в глазах мужчины проявилась догадка, что манёвр с письмом и был причиной маленького бунта со стороны его ангела. Сел в кресло и, притянув к себе своё сокровище поближе, поймал тонкие пальчики. Вздохнул.
— Я очень дружен с Бреунами с самого детства.
Наши родители были соседями, соратниками, единомышленниками… Ближе Ирвина у меня нет друга. А его сестра… Когда-то давно они поддержали меня в трудную минуту. И сейчас Ивон помогает мне в одном важном деле. По собственной инициативе, хотя я и не просил. Это письмо от неё.
«Ага, исключительно деловое и с резким ароматом чувственности, женственности и элегантности». Юлия стояла, рассматривая лепнину на потолке, и всем своим видом изображая «а мне всё равно».
— Прости, что, не желая того, обидел. Мне невыносимо видеть тебя такую — холодную, равнодушную. Не сердись, милая.
Эррол подтянул её нежные ручки к своим губам и поцеловал каждую.
Потом отстранился, поглаживая большими пальцами тыльную сторону ладошек жены.
— Ты не носишь кольцо? Велико?
И вот тут Лия готова была провалиться сквозь паркетный пол библиотеки. Что сказать? Что она раззява?
— Я не знаю, как это произошло, мой лорд… Оно упало в прорубь.
