А герцог сразу вспомнил ту юную смешливую девочку, чьи рыжие кудряшки выбивались из-под вязаного капора, её звонкий смех и зелёные глаза. Да, именно так — рыжий ангел с зелёными глазами! На душе у лорда стало теплее. И дрогнуло сердце мужчины, столько лет не подозревавшего в себе подобных чувств.
Недолго думая Эррол написал графу Эвендейлу. И вот, спустя всего два месяца, Юлия стала его женой. Тогда герцогом двигали не любовь и не долг, скорее, всего, чувство несправедливости к беззащитному ""цветку"". Он спешил опередить события, не дать свершиться гнусному поступку со стороны придворных шакалов.
Теперь никакой сопливый юнец или солидный господин никогда не посмеет даже мечтать о том, чтобы назвать её своей женой, а уж тем более уложить в постель.
Сердце Дункана замирало в сладкой неге, едва он представлял, как каждый вечер ложится не на то холостяцкое ложе, где его уже дожидается грелка с горячей водой, подложенная заботливыми слугами, а на ложе любви, где его ждёт Юлия, юная и нежная, податливая на его ласки…
***
Лия проснулась с ощущением, что сегодня всё будет, как положено.
И портной, которого вчера сиятельный супруг пообещал, и сам муж останется дома и никуда не уедет. Юлия не особо переживала, что Дункан отсутствует по своим, точнее, по их семейным делам. Но без него, честное слово, было как-то пусто, что ли. И даже Блонди не могла надолго отвлечь свою хозяйку от мыслей о муже. Надо же, как быстро герцогиня привыкла к его присутствию рядом. И даже внезапное появление лорда в местах её уединения уже не так раздражало, как первое время.
Лёгкий стук в дверь нарушил радостные мысли, и Лия нахмурилась. Горничная решилась разбудить? Это было бы странно, слуги просто не смели тревожить её без особой нужды."
"Встав с постели, накинула шелковый халатик и неожиданно заметила на столе алую розу… Свежую, словно сорванную пару минут назад. Она осторожно взяла её двумя пальчиками, повернула на свет… Интересно, где она росла, ведь уже поздняя осень, трава практически вся пожелтела, а тут — роза… Говорят, у короля дивные оранжереи, может, она оттуда? Но до королевских владений…
Повторный стук в дверь вывел девушку из раздумий, и она поспешила, ругая себя за излишнюю впечатлительность.
За дверью стоял сам герцог.
— Мой лорд… — изобразив лёгкий реверанс, молодая леди жестом руки пригласила его войти, вполне резонно считая, что в этом не будет ничего предосудительного, а потом прикрыла дверь.
