– Поедем домой и обо всем поговорим.
– Лучше дождись, пока мы пообедаем, – подает голос Север. – Твоя девушка голодна, я тоже.
Мои пальцы стискивают скатерть. Меньше всего мне бы хотелось стать причиной конфликта.
– А ты бы… – Родион разворачивается к Северу с явным намерением вступить в перепалку, но осекается. – Слушай, а я тебя знаю.
На лице моего компаньона не отражается ни единой эмоции. Даже удивления.
– И откуда же?
– Ты дружил с моим старшим братом. Пару раз даже дома у нас был. Ты, наверное, уже не помнишь.
Лет восемь-десять.
– Твой брат – покойный Глеб Винокуров? – сощурившись, уточняет Север.
Я наблюдаю за происходящим, затаив дыхание. Господи, что за день! Мой новый знакомый, оказывается, был дружен с покойным братом моего парня.
– Да. – Родион заметно оживляется. – Я даже помню, на какой ты тачке ездил. На черном мерине заряженном с огроменной банкой. Глеб рассказывал, что обвес под тебя лично в Ингольштадте изготавливали.
Кивнув, Север с усмешкой смотрит на меня.
В его взгляде читается: выдыхай, малая, разборок не будет.
– Ты извини, что так сразу с наездом… Но ты сам пойми: я все утро ищу свою девушку и в итоге нахожу ее в компании другого мужика. Вы вообще откуда друг друга знаете?
– Случайно познакомились в клинике.
Родион впивается в меня глазами. Дескать, ты уже сделала аборт? И он, получается, в курсе?
– Выяснилось, что я не беременна, – бормочу я, краснея. – Долго объяснять.
– Давай поговорим нормально, а, Линда? – Забыв о существовании Севера, Родион смотрит на меня с мольбой.
– Знаю, что повел себя как конченный дебил. Просто я не был готов к таким новостям и запаниковал.
В его глазах читается неподдельное отчаяние, и это заставляет стену моих обид и недоверия пошатнуться. Вчера мы оба были на взводе и наговорили друг другу много лишнего. Не только Родион, но и я. Возможно, действительно есть смысл прояснить ситуацию в более приватной обстановке и на более спокойный тонах.
Не зная, как быть, я нахожу взглядом Севера.
Он понимает все без слов и, отодвинув пустую тарелку, кивает.
– Да без проблем. Поезжайте.
Я чувствую невероятное облегчение. Кажется, мое скорая ничуть его не обижает. Не хочется выглядеть грубой, после того как он был со мной настолько заботлив и мил.
– Подождешь, пока я дойду до туалета? – Поднявшись, я вопросительно смотрю на Родиона.
Он облегченно улыбается, словно не был уверен, что ему удастся меня увести.
– Конечно, малышка.
