— Кто звонил?
— Мой муж… Произошла драка, и один охранник упал за борт… случайно… Но мужа обвиняют в убийстве… его привязали к мачте…
— Что с ним сделают?
— Не знаю… — всхлипнула Дити, заламывая руки. — Не знаю, Глупышка… Субедар пошел к офицерам… Решать капитану… Только и надежды, что он смилуется…
В сумраке проскользнув к Полетт, Муния взяла ее за руку:
— Глупышка, как там Азад?
Та ожгла ее взглядом:
— После всего, что натворила, ты еще спрашиваешь?
— Ничего не было, правда! — Муния расплакалась. — Мы просто разговаривали.
Все очень плохо?
— В любом случае расплачиваться ему. Его избили до потери сознания. Лучше держись от него подальше.
* * *Захарий все никак не мог привыкнуть к одной особенности морской жизни, продиктованной неизменным ритмом вахт. Цикл из четырехчасовой службы и четырехчасового отдыха (не считая утренних и вечерних двухчасовых полувахт) требовал его пробуждения именно в то время, когда он спал без задних ног. В результате он уподобился обжоре, что при любой возможности набивает брюхо, и сокрушался о каждой минуте, не потраченной на пиршество сна.
Во сне слух отключался от всяких посторонних шумов, и Захария не тревожили ни выкрики команд, ни шум моря, ни свист ветра. Однако сознание продолжало отсчитывать склянки и даже в самой глубокой грезе помнило, сколько еще осталось до следующей смены.
Нынче вахта Захария начиналась в полночь, а потому вскоре после ужина он завалился в койку и беспробудно спал до набатного звона рынды. Мгновенно проснувшись, Захарий натянул штаны и бросился на корму, где вахтенные пытались разглядеть утопающего.
Выглядывали недолго, ибо шансов уцелеть в волнующемся море почти не было: пока спустят паруса и развернут корабль, охранник десять раз утонет. Однако Захарий не мог просто так уйти, а потому оставался на корме, даже когда бессмысленность этого стала абсолютно очевидной.
Виновника несчастья привязали к мачте, а капитан вместе с субедаром Бхиро Сингхом и переводчиком Ноб Киссином-бабу заперся в своей каюте.
Час спустя Захарий готовился принять вахту, но стюард Пинто передал ему приказ явиться к капитану. В кают-компании он присоединился к мистеру Чиллингуорту и мистеру Кроулу, которые уже сидели за столом. Пинто обнес их стаканами с бренди.
— Пошел вон, — бросил ему капитан. — И не вздумай ошиваться под дверью.
— Слушаюсь, саиб.
Дождавшись ухода стюарда, мистер Чиллингуорт мрачно произнес, вертя стакан:"
"— Скверная история, джентльмены. Такого я не ожидал.
