Но сегодняшний вечер я заслужила, в этом я была уверена без ложной скромности. И была намерена провести этот вечер с удовольствием.
Милорд Огрест ждал нас в прихожей, и его взгляд лучше всех слов рассказал мне, что выгляжу я и в самом деле восхитительно, и что Саджолена не приукрасила ни словом, когда назвала меня самой красивой…
- Чего-то не хватает, - сказал маркграф.
Саджолена ответила ему эхом:
- Чего-то не хватает…
- И я даже знаю – чего, - Огрест жестом фокусника извлёк из рукава узкий футляр и раскрыл его.
На тёмном бархате подкладки лежало в три ряда великолепное ожерелье из белого жемчуга – лучшего украшения для зимнего платья и не придумаешь.
- Вы хотите, чтобы я это надела?! – я остановилась на середине лестницы. – Это же целое состояние! У меня шея сломается под таким грузом! Нет. Нет-нет-нет!
- Кэт, не упрямьтесь, - попросил Огрест. – Не хотите брать в подарок – просто арендуйте. На сегодняшний праздник.
- Нет. Иначе мне понадобится испечь вам тысячу тортов, чтобы расплатиться за аренду.
А это даже мне не под силу, - я строго сдвинула брови, но сердце уже заплакало, мечтая хотя бы примерить такую красоту.
- О цене можно договориться, - сказал маркграф, доставая ожерелье из футляра, и жемчужины блеснули мягким молочным светом. – Скажем, один поцелуй.
- Вполне приемлемая цена, - прыснула в ладонь Саджолена. – Не задерживайте с оплатой, дорогая Кэт! А я буду ждать вас снаружи, здесь жарко.
Она снова прыснула, как девчонка, и выскочила вон, а мы с Огрестом остались одни.
"
"- Разве оно не стоит поцелуя? – спросил он, подходя к лестнице и подавая мне руку.
- Умеете вы уговаривать, - сказала я, опираясь на его ладонь и сбегая по ступеням. – Ладно, гори ясным пламенем моя репутация. Целуйте, - я подставила лицо и закрыла глаза.
- Нет, не так, - Огрест взял меня за плечи, разворачивая к себе спиной и лицом к зеркалу.
Жемчуг приятно захолодил мои ключицы, и я открыла глаза, глядя на своё – и в то же время совершенно незнакомое – отражение. Потому что девушка в зеркале была принцессой, не меньше.
И нить белого жемчуга очень ненавязчиво это подчёркивала.
- Позвольте, застегну… - маркграф застегнул замочек, а потом наклонился и долго и горячо поцеловал меня в основание шеи.
Я позабыла, что через четверть часа начнётся празднование свадьбы, забыла про свой торт, и вообще, про всё забыла. Сейчас существовали только я и этот мужчина, который ласкал мои плечи через тонкую ткань платья, и прижимался губами к моей коже.
