– Здесь домовые книги, церковно-приходские книги, отчётные записи – всё, чем жил наш город на протяжении сотен лет. Не так чтобы этих книг было много, но со временем они станут бесценными. Ведь прошлое всегда бесценно. Я надеялся, что мой сын продолжит это благородное занятие, но небеса не дали мне сына. Сделаю своим преемником Ноэля. Он мне почти как сын.
«У тебя есть зять, который будет счастлив возиться с книгами, - подумала я, осматривая библиотеку, которой мог бы позавидовать и король. – А ещё есть внуки… Но ты вычеркнул их из своей жизни из-за гордости и спеси.
Как же это печально и жалко».
- Меня очень занимает судьба госпожи Броссар, - сказала я, продолжая рассматривать книги, расставленные на полках, - и особенно история е неудачного замужества. Мне сказали, у вас сохранились учёты вызовов прежнего аптекаря? Могу я на них взглянуть?
- Что вы надеетесь там найти? – удивился Лиленбрук.
- Возможно, узнаю немного больше об этом человеке, и мне станет понятно, какими словами лучше утешить бедную госпожу Броссар, - я выдала эту ложь так вдохновенно, что сама почти поверила в неё.
- Что ж, - после некоторого замешательства согласился хозяин библиотеки, - мотив похвальный. Почему бы и нет? Все учётные записи находятся здесь, - он подвёл меня к угловому шкафу. – Только на какой именно полке, не припомню. Придётся вам поискать самой.
Мы с Лиленбруком договорились, что я смогу приходить в библиотеку когда захочу, и служанке было приказано впускать меня даже в отсутствие хозяина.
Я вернулась в в этот же день, когда отвела Марлен в замок и передала под присмотр госпожи Броссар.
Сейчас в доме старика Савё было пусто и тихо. Подтаскивая стремянку к нужному шкафу, я успела подумать, как не хватает здесь весёлого смеха и топота детских ног, а потом окунулась в мир бесценного прошлого – как назвал его господин Лиленбрук.
Бережно перебирая книги, я отыскала, наконец, учётные записи аптеки – три пухлых тома, исписанные тесными строчками. Хорошо, что буквы были печатными – легко разобрать.
Я нашла нужный мне период и принялась внимательно просматривать записи семилетней давности. Мне самой было непонятно, что я должна найти, но тревожные колокольчики в моей голове тенькали, и я ничего не могла с собой поделать."
"Увы, меня ждала полнейшая неудача – как и предсказывал Феликс, никаких записей о подозрительных вызовах в книге не было. Последняя запись была в мае, а потом уже записи велись другой рукой – Феретом, насколько я поняла.
