- По-моему, месье маркиз полностью прав, - заметила я. – Обучение в пансионе мадам Флёри начинается с десяти лет. Считается, что до десяти девочкам лучше играть и наслаждаться жизнью.
- Что за ересь? – фыркнула госпожа Броссар и быстро оглянулась на меня через плечо. – В моё время обучение начинали с пяти лет, а то и раньше. И девицы вели себя, как подобает девицам.
- Сейчас они ведут себя точно так же, мадам, - не осталась я в долгу.
По-моему, она фыркнула ещё раз, а потом сказала:
- Вы, видимо, очень нуждаетесь, раз носите детские юбочки.
Я попрошу милорда дать вам аванс, чтобы вы могли прилично одеться и не смущали горожан. И чтобы не ввели барышню Марлен в заблуждение относительно вашего возраста. Сколько вам лет, кстати?
- Двадцать четыре, мадам, - ответила я, с трудом сдерживаясь, чтобы не высказать госпоже Жерди всё, что думаю.
- Двадцать четыре? И ещё не замужем?! – изумилась она, и только за это её можно было возненавидеть. – Наверное, ваш отец не подготовил вам достаточного приданого?
- Именно так, мадам, - коротко поддакнула я, и этот ответ её полностью удовлетворил.
- Тогда вам повезло, что вы попали на это место, - сказала она почти с удовольствием. – Милорд Огрест умеет вести дела, и его земли приносят огромный доход, хотя у нас почти нет плодородных участков – одни скалы и несколько акров заливных лугов. В деньгах вы нуждаться не будете, а в ответ мы надеемся получить от вас безоговорочную преданность и заботу о барышне Марлен.
Она так легко произнесла «мы», что я не утерпела и задала очередной вопрос:
- Вы – родственница месье Огреста, мадам?
- Нет, - немного резко ответила она.
– Когда умерли родители барышни Марлен, она была совсем крошкой. Милорд Огрест поручил мне заботиться о ней. Можно сказать, я вырастила её, как свою собственную дочь.
- Вот как, - заметила я. – Значит, месье маркиз очень ценит вас?
- Конечно! Разве может быть иначе? – она пожала плечами – будто удивилась моей непроходимой глупости.
Серьёзная дама.
С такой надо всегда быть начеку. И попробуй только не понравиться…
- Прошу подождать здесь, - госпожа Броссар указала, где я должна стоять – на расстоянии пяти шагов и возле стены, а потом постучала в одну из дверей на втором этаже. – Можно войти, милорд?
- Да, Жозефина, входите, - раздалось из комнаты, и я сразу узнала голос милорда Огреста.
Держа рекомендательное письмо перед собой, как щит, госпожа Броссар торжественно открыла дверь и переступила порог.
