- Здесь же, - Бланкир закрыл заслонку и посмотрел на меня поверх очков. – Других школ тут нет. Конечно, девочек обучается мало, всего восемь, остальные на домашнем обучении…
- На домашнем? – перебила я. – Почему тогда месье Огрест не взял в гувернантки кого-то из местных? Мне кажется, многие мечтали бы обучать Марлен.
Бланкир и Ферет переглянулись, и аптекарь, посмотрев в потолок, попытался объясниться:
- Видите ли, Кэт… Гувернантка в нашем городе только одна – Саджолена. Но по некоторым причинам Огрест не может нанять её.
- Боится испортить отношения с месье Лиленбруком? – догадалась я.
- Милорд Огрест и господин Савё – большие друзья, - очень дипломатично заметил Ферет.
Дверь распахнулась и в школу ввалились двое мальчишек – в снегу от макушки до пят и с красными, как спелые яблоки, щеками."
"- Пап! Пап! – завопил тот, что был пониже ростом. – Скажи ему, чтобы отдал мне санки! Сегодня моя очередь кататься!
- Ты мне проспорил, - заявил мальчишка постарше, снимая шапку и ударяя ею об косяк, чтобы отряхнуть от снега.
- Поэтому сегодня санки мои.
- Вообще-то, у нас гости, - строго сказал господин Бланкир. – Ведите себя прилично.
Мальчишки присмирели, сняли сапоги, поставили их у порога и подошли, неловко кланяясь.
- Сандр и Стефан, мои сыновья, - представил их отец с такой гордостью, словно они были принцами крови. – А это – барышня Ботэ. Она гувернантка у барышни Марлен Огрест.
- Здравствуйте, - вежливо сказал старший, глядя на Марлен во все глаза.
Я тоже поздоровалась, а Марлен промолчала, задрав носик и взяв меня за руку.
- Идите к матери, - велел господин Бланкир. – И переоденьтесь, пока не простудились.
Мальчишки пошли на второй этаж, оглядываясь и перешёптываясь. «Они как фарфоровые куклы!», - донёсся до меня шёпот младшего. Я не удержалась и фыркнула, а Ферет выразительно посмотрел на меня и философски пожал плечами.
Спустилась госпожа Бланкир, держа футляр с лютней и тамбурин – барабанчик со струнами. Марлен тут же схватила его, ударяя по мембране и с наслаждением слушая глухой стук и нежный звон.
- Удивительный инструмент, правда? – сказала Саджолена. – Такой маленький, а звук – такой богатый.
- Так обычно и бывает, дорогая Садж, - сказал Ферет. – И у людей так же. Самое прекрасное звучание у самых скромных.
- Вы умеете красиво говорить, - тихо засмеялась она, но было видно, что ей приятно.
- Вы очень добры, - сказала я в свою очередь. – Мы будем обращаться с инструментами очень бережно и вернём их вам в целости и сохранности.
