Чтобы Марлен не заскучала, ей отдали корзинку для рукоделий, и девочка тут же занялась лентами, блестящими пуговицами и бархатными лоскутками, напевая ту самую песенку, которую мы разучивали утром.
- Она очень изменилась, - вполголоса сказала Надин. – Никогда не видела её такой спокойной и радостной.
- Думаю, тут во многом – заслуга вашей сестры, - заметила я.
- Бонна очень любит Марлен, - согласилась Надин, - и очень беспокоится за неё… - тут она замолчала и совсем смутилась.
- Беспокоится, потому что я появилась рядом? – мягко поинтересовалась я.
– Вы тоже считаете, что я могу навредить девочке?
- Нет, что вы, - Надин испуганно вскинула на меня глаза. – Я уверена, что у вас только добрые побуждения…
- Но?.. – подсказала я, потому что она опять замолчала."
"- У нас совсем другой город, не как столица, - Надин заговорила вдруг ровно и без запинки, словно читала книгу. – Эта земля слишком сурова, чтобы дарить радость. Здесь надо выживать, быть сильным и уповать на волю небес. Наша жизнь нелегка, и нам некогда веселиться.
А вы… вы пришли из другого мира. Вы не знаете что такое нужда, холод, голод. Вы привыкли жить легко, поэтому везде видите только хорошее. Но жизнь – она гораздо сложнее, поэтому нельзя относиться к ней легкомысленно.
- Что за странные рассуждения, - я не удержалась и передёрнула плечами. – Смех и радость для того и даны небесами, чтобы мы не унывали и становились сильнее перед жизненными трудностями. И вы не знаете моей жизни, чтобы говорить обо мне такое. Уверяю, мне известно о трудностях не понаслышке.
- Простите, - сказала она искренне, - но по вам видно, что вы далеки от нас.
- Ох уж эти красные сапоги! – я картинно схватилась за сердце.
Марлен хихикнула, и Надин засмеялась вместе с ней – сначала тихо и несмело, потом громче.
- Что за веселье? – раздался вдруг строгий голос госпожи Броссар, и она сама появилась в гостиной, снимая на ходу перчатки. – Барышня Ботэ пожаловала? – она смерила меня взглядом от макушки до кончиков моих сапог. – Заметно. Сразу – хохот до потолка.
- Они ищут тамбурин, - виновато сказала Надин, вставая, чтобы принять шубу у госпожи Броссар. – Ты знаешь? Барышня Ботэ хочет составить оркестр. Дайана, Ринальдина и Тереза тоже…
- Не сомневаюсь, что это была идея барышни Ботэ, - перебила её госпожа Броссар, почти слово в слово повторив фразу, брошенную милордом Огрестом. – Какие идеи посетят вас завтра? Устроите пляски на главной площади?
- Давайте не будем торопить события, - сказала я миролюбиво.
