Поднимаю руку и взбиваю волосы пальцами, соблазнительно выгибаюсь в талии.
Черт.
Откуда эта манкость во мне? А приятное томление в груди и там… внизу? Неужели так сцена в уборной подействовала?
Не надо было пить!
— А ты коварная, — восхищенно выговаривает Кирилл.
— Валерия Завьялова, — подаю ему свою руку.
— Кирилл… Завьялов.
Округляю глаза от удивления.
— Да ладно? — подозрительно спрашиваю.
Парень галантно встречает мою руку и склоняется для того, чтобы одарить её поцелуем.
— Могу и паспорт показать, находчивая.
— Ладно, не надо.
Снова озираюсь.
Куда там майор запропастился?.. Неровен час, а опасение моей бабули, что у меня слишком «тяжелый» язык, сбудется.
— Ты меня не сдавай, — киваю я на опустевший рядом стул.
Кирилл усмехается.
— Только если телефончик оставишь.
— Оставлю, — вздыхаю. — Куда ж тебя теперь девать? Правда, можно просто… убить, — задумчиво смотрю, как мой однофамилец теряет дар речи, и тут же пьяно хихикаю. — Да шучу я. Записывай.
Жду, пока он достанет телефон.
— Восемь — девятьсот…
— Восемь — девятьсот, — повторяет Кирилл.
— Четыреста три
— Четыреста три…
— Сопли оботри, блядь, — слышу я сзади недовольный голос Бойцова. — Воды минеральной дай мне.
Шею опаляет горячее дыхание, от которого я, кажется, дымиться начинаю.
Кирилл усмехается, откладывает блокнот и захватывает пластиковую бутылку с прилавка. Перед моим лицом на стойке появляются две сотки."
"— Поехали. Сказал ведь, в коридоре жди. — Гремит Тимур.
Пожимаю плечами, вскакивая с места. С непривычки шатает, но крепкая рука не дает упасть.
С силой обхватив мою ладонь, Бойцов тащит меня к выходу. У вешалки кидает куртку.
— Вам нездоровится? — спрашиваю виновато. Закусываю губу.
Лера! Лера! Говорила ведь бабуля…
— Заткнись и застегнись, Завьялова, — грубо приказывает майор.
Самодур!
На улице пахнет ранней весной. Ёжусь от холода, который пробирается под одежды и кусается. Тело дрожит. Или это так похмелье начинается.
— Можно и повежливее, — ворчу, закидывая сумку на плечо.
Не дожидаясь, иду к дороге.
— На хрена ты ему цифры свои диктуешь, — кидает он мне в спину. — У него тут таких как ты каждую пятницу. Пачками.
— И что из этого?
Резко останавливаюсь и разворачиваюсь. Практически сталкиваемся лбами.
— А то, что оттрахает тебя, а на следующий день и не вспомнит.
— А вам какая разница? — взбешено кричу.
Возмущенно осматриваю обозленное лицо, вздымающиеся плечи. В отсвете уличных фонарей выглядит довольно притягательно. Впрочем, как и обычно.
