– Понимаете, что вы и ваша девушка в самом что ни на есть безвыходном положении?
– Да.
– А хотите из него все же выйти без всяких для вас обоих последствий?
– Кто бы на моем месте не хотел…
– Отлично, – сказал полковник. – Переходим ко второй части разговора. О том, что только что состоялся, можете забыть начисто – весьма даже не исключено, что навсегда. Потому что речь пойдет о деле, по сравнению с которым ваши штучки с учетной карточкой – невинная детская шалость вроде тайком съеденного варенья. Причем за варенье частенько шлепают, а вы можете и шлепка не получить.
Речь пойдет о кое-каких особых способностях, которыми ваша девушка, в отличие от большинства обычных людей, несомненно обладает. Признаете наличие таковых? Молчите? Значит, не признаете… Почему? – спросил он с каким-то новым, непонятным выражением глаз. – Можете не верить, но это не вопрос контрразведчика, а простое человеческое любопытство. Почему? За такие способности давным-давно не только не жгут на кострах, но и на медный грош не штрафуют.
Так почему?
Я не мог ответить ему почему. Потому что временами всплывали смутные слухи: среди наших строго засекреченных институтов и лабораторий есть такие, что как раз изучают «особые способности» разного рода. А если правда? У меня могут забрать Линду, и я ее наверняка больше никогда не увижу. Степень секретности может оказаться такова, что о таких заведениях ничегошеньки не знает и Радаев – по большому счету всего-то навсего полковник, начальник одного из множества дивизионных управлений Смерша.
Но он может, в отличие от случая в Полесье, накатать наверх докладную, и где гарантии, что она не попадет к человеку посвященному?"
"– Тяжелый вы человек, майор, – вздохнул Радаев. – Из тех, кого приходится долго и аргументированно загонять в угол. Ну что же, придется, времени много… Итак. Для человека вашего опыта не секрет, что во всех подразделениях есть наши информаторы – я предпочитаю именно это слово. Мы все здесь не барышни из института благородных девиц, так что не будем жеманиться.
У всякого командира, желающего как можно полнее знать о том, что происходит в его части, такие информаторы тоже есть – развито, так сказать, частным образом. У вас ведь тоже есть?
– Есть, – сказал я, никаких внутренних секретов этим не выдавая.
– Вот видите… Итак. Во время вашей вынужденной стоянки у моста совсем рядом с вашей машиной – и девушкой – находился один из наших информаторов. Там было столько народу, что вы его ни за что не вычислите.
