Ничего, товарищ майор, если мы документы вам отдадим сразу, а самого представим через часок, когда приведем в божеский вид, побреем и даже одеколончиком побрызгаем? У него там в портфеле роскошный флакон с парусником на этикетке, мы понюхали – приятно воняет…
– А пожалуй, – подумав, сказал я. – Обычно этих приводят в обтрепанном виде, сделайте уж из этого плакатного красавца. Только вот один нюансик… Представлять его будете уже не мне. Пока вы по немецким тылам шатались, многое изменилось. И дивизионная разведка полностью укомплектована, и постоянный начальник у нее есть.
И имейте в виду, в штабе дивизии сидит полковник Зимин из разведки армии. Как прилетел слушать Сабитова, так и сидит, вас дожидается. Так что имейте в виду: никаких кубанок, сапог гармошкой и прочих отступлений от уставной формы одежды. Не любит Зимин этой, как он выражается, «махновщины», разнос устроит, несмотря на ваш ценный трофей…
– Спасибо, что предупредили, товарищ майор, – серьезно сказал Жиган. – Пока не сталкивались, но наслышан – формалист тот еще…
– Выслушал Сабитова и ждет нас, – сказал Мазуров с видом человека, кое о чем догадавшегося.
– Товарищ майор, разрешите на два слова? – Явно постарался оказаться подальше от Линды, теперь составил о ней определенное мнение и считал своей, но все же посторонней в невеликом звании, точнее, без всякого звания.
Мы отошли от разведчиков метров на десять, но Мазуров все равно понизил голос:
– Мимо вас, товарищ майор, эта информация все равно не пройдет, я знаю. Дело даже не в трофее.
Главнее, что мы оттуда принесли, – немцы совершенно не подозревают о концентрации наших танков на левом фланге. Никаких особых мер противотанковой обороны не принимают. Вторую линию обороны, правда, оборудуют, ну так они ж ее всегда при любой возможности оборудуют…
– Вот и у Сабитова те же сведения…
Мы переглянулись и прекрасно поняли друг друга.
– Значит, скоро… – сказал Мазуров.
– Да уж наверняка, – поддакнул я.
– Разрешите идти?
– Идите, – кивнул я.
Они построились в прежнем порядке и бесшумной цепочкой втянулись в лес (с тем же любопытством украдкой бросая взгляды на Линду).
А она, посмотрев им вслед, подошла ко мне с совершенно безмятежным лицом:
– Я же говорила, Теодор, это свои. Не считая этого… С какой злобой он на меня смотрел…
– Все, что ему осталось, – хмыкнул я. – Ну что, пошли не спеша назад. Времени не много и не мало, в самый раз…
– Пошли, – сказала Линда. – Спасибо за прогулку, Теодор. Было так чудесно.
