На передовую они старались не лезть, отирались в безопасном от нее отдалении, зато зорко следили за моральным и политическим духом солдат, толкали идеологически правильные речи, раздавали охапками агитационные брошюры, вынюхивали «паникеров и пессимистов, не верящих в гений фюрера и победу Великой Германии», усердно стучали на таковых, так что немало народу из-за них угодило в штрафную роту, а то и под расстрел. Одним словом, та еще сволочь, всем свиньям свиньи…
Двое его старых знакомых, еще по гражданке, как-то отвели его в сторонку, благо в чащобе это было нетрудно проделать, и завели откровенный разговор: не пристукнуть ли украдкой своего «великого стратега» и не пройти ли сдаться русским? Дураку ясно, что война кончена, вокруг дезертирство, разгром и беспорядочное отступление (они здесь, герр офицер, в моей камере, могут подтвердить!).
Вдобавок этот идиот приказал сидеть на одном месте, ведь только там есть вода, – и оттуда же взывать по радио о помощи.
Они-то, старые солдаты, отлично понимали, что никто их спасать не будет, и предупреждали обера, что русские могут их в конце концов и запеленговать. На что обер надменно ответил: он не верит, что эти монгольские варвары способны освоить сложное искусство пеленгации, такое по плечу лишь высшей расе. И передачи продолжались…"
"Тиролец честно признался: обера они не пристукнули исключительно потому, что опасались непредсказуемых последствий. Всем троим заговорщикам было за сорок, многое они в этой жизни понимали и не сомневались, что старослужащие, примерно их ровесники, такую идею только поддержат.
Но, увы, их было раза в два меньше, чем стрелков из недавнего пополнения, а это был совсем другой народ: сопляки с мозгами, набитыми тем, что им натолкал туда гитлерюгенд, многие смотрели оберу в рот, тоже талдыча о неминуемой победе Германии благодаря чудо-оружию, которое уже готово на секретных заводах и вот-вот разнесет в пыль и жидовско-монгольские орды и западных плутократов.
Обнаружь они, что «старики» прикончили командира и собираются сдаться, кончилось бы кровью…
Радиограммы? Об их содержании наш пленный ничего не знал, но по некоторым обмолвкам обера и радиста предполагал, что речь шла о тех самых призывах о помощи. Раз только он слышал, как обер велел, радисту передать, что поблизости дозор обнаружил трех черт-те как обмундированных чужаков и велел их ликвидировать.
