Для никчемной малолетней пустышки я уже слишком дорого ему обошлась. Хотя… Это смотря по чьим канонам мерять…
-Может я ошибся в тебе? Может ты не стоишь затраченных средств?
-Уверена в этом,- усмехаюсь,- может быть, было бы намного бюджетнее купить мне обратный билет прямо сейчас? Я даже готова поютиться в эконом-классе.
Он рычит, взбешенный моими словами.
- Перестань юродствовать! Почему ты отвергала мои подарки?! Отвечай! И хватит играть в категоричность!"
"- Я уже говорила Вам еще в Москве! Я не создана для этого мира, шейх Тамер! Я не привыкла к таким вещам! И не хочу к ним привыкать! Слабость женщин именно в том, что они становятся зависимы от роскоши.
Как наркоманы от дозы. Так они и теряют достоинство, самостоятельность, честь и совесть! Ради денег, ради средств для этой самой роскоши! Я не одна из них! И да, таких, как я- много! И да, все они на Западе! То, что Вы называете обесцениванием, мы считаем свободой и независимостью!
-Хочешь как своя мать?! Упахиваться с ночи до утра, потому что твой милый муж выберет себе помоложе?! Она тоже была красивой женщиной, но только что ей это дало?! Настоящая женщина ценит себя! Она знает себе цену!
-Красота- не товар… Вы сами себе противоречите… И да, лучше так, никому не должной, чем так, как… та ваша Алина, которой вы сунули пачку денег в лицо… Это она, по-Вашему, настоящая женщина?!
Он замирает.
Но это вовсе не передышка. Просто Тамер подавляет волну эмоций, которые готовы взорваться. Страшно. Боязно… Наверное, это красная черта…
-Сейчас я покажу тебе, как должна выглядеть настоящая женщина…- шепчет он хрипло и тут же действует.
Его кисть одним движением ослабляет тугой узел на халате, отчего края пеньюара расходятся, открывая вид на мое белье.
Он цокает.
-Разве можно надевать под такую тонкую, почти ювелирную работу, столь примитивное исподнее?
Я успеваю только ахнуть, когда он одним рывком разрывает чашечки бюстгальтера и тут же повязки трусов, которые безмолвными тряпками опадают на пол.
Вскрикиваю и стыдливо прикрываюсь, отведя глаза.
Сердце вот-вот выпрыгнет от унижения и ужаса. Я перед ним почти голая, не считая этой материи…
Почти так же, как тогда в хаммам… Неужели я так разгневала его, что он сделает то, о чем грозился…
Берет за подбородок. Направляет лицо на наше отражение.
-Успокойся. Я не буду тебя насиловать. И даже разглядывать не буду. Опусти руки…
Молча и обреченно выполняю его приказ, не дыша.
