-Мы так не договаривались…
Он усмехается.
-Ты сейчас похожа на торговку на рынке… Выбиваешь лучшую цену… Договаривались- нет… Это нелепо! Я говорил, что буду проверять усвоенные знания, Майя. Считай, сейчас мы этим займемся… Для этого тебе следует переодеться…
-Вы издеваетесь…
Он хмыкает.
-Нет, баннута. Если бы я начал издеваться, ты бы это уже поняла… Зато если бы была внимательна к тому, что я тебе дарю, у тебя бы не было таких вопросов… Пять минут. Вернее, уже четыре минуты пять секунд. Делай так, как я тебе говорю.
Или мне придется переодеть тебя самому…
Я не даю ему роскоши продолжать наслаждаться моим смятением. Срываюсь с места, благодарная уже за то, что он дал мне шанс переодеться в одиночестве.
Прямо за дверью скидываю свой просторный простой халат, вытаскиваю пеньюар, тяжело вздыхаю.
Этот черный и шелк и правда божественный. Когда он касается тела, хочется застонать от блаженства. Но он и слишком тонкий. Настолько, что просвечивает мои соски даже через лифчик.
Я запахиваюсь так сильно, что декольте почти не видно, сильно завязываю пояс на халате.
Нервно сглотнув, выхожу к шейху, который лежит на диване, вальяжно раскинувшись. Ожидает меня.
Тамер оглядывает меня тяжелым пристальным взглядом, чернеющим на глазах. От этого взгляда внутри все сжимается.
Встает, обходит кругом, нежно, но решительно подталкивает к большому зеркалу так, чтобы мы видели друг друга в отражении.
- Знаешь, Майя. Есть удивительная закономерность в отношении женщины в арабском мире.
Вы на Западе все время пытаетесь доказать сами себе, что для нас женщина ничто, а для вас-всё. На поверку же женщина в вашем мире обесценена и низведена до нуля. Если ты молода и симпатична, твою внешность снисходительно заметят. Стоит тебе достигнуть определенной возрастной отметки, ты сразу становишься неликвидна. Женщина взрослеет, конкуренция растет, внимание к ней падает. У нас это не так… Если перед тобой настоящая женщина, она будет будоражить тебя всегда. Настоящая женщина способна сводить с ума и тех, кто младше, будучи зрелой и шикарной… Зато и молодая может сразу потерять свою ценность, стоит только ее попробовать, если кроме молодости у нее ничего больше нет.
Ты юна, Майя. И уперта. Только в этом твои достоинства?
Я нервно сглатываю.
-Вам виднее… Это ведь Вы выкрали меня и увезли за тысячи километров, нарушив все законы… Подкупили пол-института… Озолотили мою мать на миллион долларов…
Он усмехается, считывая мою подколку.
