До тех самых пор, пока общительный хозяин раута не поделился с собратом по титулу еще одной весьма занимательной сплетней. Насчет того, какие жаркие и острые словесные баталии развернулись в Адмиралтействе касательно того, где именно встанет новая база флота. Не забыл князь Голицын упомянуть и про раскол отважных мореходов на два неравных лагеря.
В первом, и самом большом, сердца отважных адмиралов сладко пели при одном только слове – Либава. От столицы относительно близко, на месте уже есть кое-какие постройки, сравнительно недалеко присутствует железная дорога, да и климат такой, что просто чудо… Казалось бы, ну что тут думать и сомневаться? Тем более что выразителем их чаяний и надежд выступал САМ глава Морского ведомства, генерал-адмирал флота Российского великий князь Алексей Александрович.
Однако же нашлись и такие вечно чем-то недовольные личности. К примеру, исполняющий обязанности главного инспектора морской артиллерии контр-адмирал Макаров с чего-то был расстроен тем незначительным фактом, что от Либавы до границы меж империей и Вторым рейхом – чуть менее тридцати верст.
К тому же его не устраивал тамошний низкий берег, малые глубины, подвижный песок, плохие условия для обороны сухопутной крепости…
Одним словом, все эти мелкие, но вполне преодолимые трудности. К молодому контр-адмиралу присоединял свой голос министр путей сообщения господин Витте – Сергей Юльевич с чего-то вдруг взял и резко обеспокоился возможным недовольством Германии.
Приводя при этом поистине странные аргументы. Например, что строительство порта и крепости станет целесообразным лишь в случае планов наступательной войны и на суше, и на море, что является чрезвычайно наглым вызовом западному соседу. Ну не смех ли – слушать такое от насквозь гражданского штафирки? К сожалению, государь отчего-то весьма благоволил своему министру, причем настолько, что почти без раздумий одобрил его весьма сомнительную идею – поискать что-нибудь подходящее в Архангельской губернии.
А минфин, пользуясь такими благоприятными условиями, действовал чрезвычайно энергично и расторопно, за крайне ничтожный срок изыскав-таки возможность изрядно подгадить Морскому ведомству. Тем, что предложил его императорскому величеству устроить новый и крайне необходимый империи незамерзающий порт аж на побережье Мурмана[9]. Конкретнее – в Екатерининской гавани, расположенной у самого входа в Кольский залив.
