Прыснув со смеху, не в силах на это смотреть, он уж было протянул руку, чтобы снять перо, однако Лань Ван Цзи опять взмыл в воздух, в этот раз забравшись на дерево."
"Дерево тоже росло в чьем-то дворе, да так раскидисто, что ветви простирались за пределы стены. Лань Ван Цзи уселся на одной из веток. Вэй У Сянь, задрав голову, спросил: «Ну а теперь что ты задумал?»
Лань Ван Цзи, взирая на него сверху, ответил: «Ш-ш-ш».
Услышав этот звук, Вэй У Сянь догадался, что скорее всего Лань Ван Цзи сейчас сотворит нечто, не слишком отличающееся от воровства куриц.
Он увидел, как тот протянул руку и что-то сорвал с веток, затем бросил вниз. Вэй У Сянь, одной рукой обнимая куру, другой поймал брошенное, присмотрелся и увидел на ладони кругленький финик, наполовину незрелый.
Вот оно что. Украв куриц, он направился воровать финики!
Воровство кур и фиников для Вэй У Сяня было делом привычным. Особенно он любил такие проделки в совсем юном возрасте. Кроме того, обычно он подговаривал на это целую толпу других юношей, чтобы наделать шуму побольше.
Но теперь, когда его соучастником стал Лань Ван Цзи, Вэй У Сянь испытывал тревогу. Нет, Лань Ван Цзи нельзя назвать соучастником. Ясно как белый день, что он являлся главным зачинщиком.
При этих мыслях в голове Вэй У Сяня блеснуло осознание.
Тогда в Пристани Лотоса он водил Лань Ван Цзи по Юнь Мэну и рассказывал о детстве, обо всех тех вещах, которые творил, будучи мальчишкой. И среди историй попадалось немало подобных «славных похождений».
Неужели Лань Ван Цзи, услышав рассказ, запомнил и в душе загорелся желанием попробовать совершить все это самому?
Вполне возможно!
Правила Ордена Гу Су Лань отличались строгостью. Лань Ван Цзи все детство провел в библиотеке за чтением книг и переписыванием иероглифов, каждое его слово, каждое движение должно было отвечать критериям, выдвинутым старейшинами. Ему никогда не доводилось столь грубо нарушать общепринятые правила приличия.
Однако в трезвом уме он такого позволить себе не мог. Возможно, поэтому позволил в пьяном состоянии?
Лань Ван Цзи на финиковом дереве действовал подобно ветру - очень скоро он подчистую обобрал все плоды с веток, не оставив ни одного. Сложив добычу в карман цянькунь в рукаве, он наконец спрыгнул с дерева. Затем показал Вэй У Сяню свои «трофеи» в рукаве. Глядя на круглые финики, Вэй У Сянь не нашел нужных слов.
