И заградотряд возле Сталинградского вокзала четверо суток ее участок держал. Про лейтенанта Хлыстова слышал? Так это как раз отряд нашего замполита бывший. Можешь представить, сколько их уцелело, когда десятая дивизия подтянулась. А Талисмана в новенькой форме к нам в эскадрон определили. Дескать, опытный боец станет станичникам моральную поддержку оказывать. А в дивизии только половина казачьего пополнения, остальные из госпиталей да из частей расформированных. Сами кому хочешь нос утрем. Короче, как про биографию замполита казаки проведали, так зараз и стали следить, чтобы неприятности с ним не случалось.
Пока с нами он – бояться нечего. А не дай бог ногу подвернет или с поносом в тыл побежит – хана части, покрошат в капусту. Одно слово: талисман. А он, дурак, бесится, что у каждой кочки для него соломку норовят постелить. Клычев Шурка поутру ему руку подал, чтобы о растяжку лейтенант не зацепился. Так замполит на него чуть рапорт за рукоприкладство не написал, насилу угомонили.
Савельев закрыл сумку, громко позвал:
– Товарищ лейтенант! У бойца Медведева возможна легкая контузия.
Прошу снять его сегодня с наряда.
– Снимаю, Медведев, – ответил с одного из седел совсем взрослый мужик, тоже в портупее. – Разрешаю спать, красный казак. Авось до утра мозги на место усядутся.
– Спасибо, товарищ лейтенант.
– Не «спасибо», а «есть», красноармеец! – сурово поправил офицер.
– А-а-а… где мое место? – поинтересовался Зверев, чем опять вызвал смешки.
– Возле противотанкового ружья, боец, – ответил ему лейтенант.
– И вы, Медведев, при нем вторым номером. Надеюсь, не забыли, как обращаться со вверенным вам Родиной оружием?
– Не забыл, есть, товарищ лейтенант!
– Иди сюда, князь, – поманил его успевший привалиться к седлу Павел Шеремет. – Вот, гляди, здесь твой потник, автомат и седло твое, и сумки с припасами. Не забудь, что делать, коли тревога случится. Ружье беру я, патроны и гранаты – ты. Помнишь? Лошадей Чижик уже увел, он за тебя наряд достоять взялся. Чего тебе еще объяснить?
– Ничего, разберусь…
Ночевать на снегу Звереву было уже не впервой.
Правда, раньше это случалось в более комфортных условиях, ну да и в тулупе, валенках и ватных сапогах зимой тоже не замерзнешь. Особенно на толстом войлочном потнике и с седлом под головой.
«Обидно, – подумалось ему. – Сколько раз в детстве мечтал, как бы лихо в Отечественную воевал. На истребителе бы бился, на „Т-34“ немецкие бы пушки утюжил, в разведку бы ходил. А попал в дебильную кавалерию.
