Миновав десяток домов, кучка огней разделилась: два свернули в ворота и погасли, один погас домом дальше. Еще три «светлячка» шли далеко – они пересекли почти весь город, после чего рассыпались в стороны. Проследить за всеми сразу Андрей не смог, проводил до жилища только один и попытался было сунуться в дом – но встретил прочную стену. Жилище ведьмы надежно защищалось какими-то заклятиями и заговорами. Проникнуть в подобное убежище можно только одним способом: если хозяйка проведет к себе сама.
Зверев откатился назад, без особой надежды ткнулся в дома трех других ведьм – но успеха, естественно, не добился и сделал глубокий вдох, возвращаясь в реальность и в свою земную плоть.
– Хорошо спрятались, чертовки, – подвел он итог своей разведки. – Так просто не возьмешь. Надо свою юрту тоже заговоренной чертой обвести. На всякий случай. Интересно, у Выродкова мое зелье из Свияжска осталось или новое придется наговаривать?
Хотя, конечно, для Андрея и для всей русской армии важнее было проникнуть в норы казанских ведьм и уничтожить злобных тварей, топящих в грязи целую армию.
– Как же сделать так, чтобы они меня к себе домой пригласили? Как же их на эту глупость сподвигнуть?
Князь прикусил губу, размышляя, и наконец у него появилась одна хитрая, но вполне осуществимая идея.
– Илья! – поднялся со шкуры Андрей. – Коня мне оседлай! И сам собирайся. Изя пусть юрту пока посторожит. Мало ли что…
В Арский лес после тщательных облав, случившихся в последние дни, заезжать можно было без опаски.
Князь с холопом углубились в него очень далеко. Так далеко, что повисший над Казанью ливень стал обычной осенней свежестью, а грохот пушек казался небольшим летним громом. Здесь продолжали жить в привычных хлопотах лесные жители – шурша в траве, прыгая по веткам, собирая орешки и ягоды и роя на зиму глубокие уютные норки. И только вездесущие сороки, взмахивая черными крыльями и покачивая длинными хвостами, громко предупреждали:
– Чужой, чужой, чужой!
– Стой… – Андрей, заметив на одной из прогалин камень с относительно ровным верхом, натянул поводья, спешился, снял чересседельную сумку.
– Илья, прими поводья да отойди в сторонку. Подожди и проследи, чтобы меня никто не потревожил.
– Иной ворог так тихо ходит, что издалека и не услышишь, – предупредил холоп.
– Ничего, ты постарайся. Но меня не тревожь. У меня тут идет своя собственная маленькая война. Понял?
– Как скажешь, княже… – пожал плечами Илья.
– Вот и ступай.
