Ты ведь не коров пасешь, купец. Ты корабли шьешь. От княжества Сакульского до Новгорода три дня пути. Много новое судно за этот срок в цене потеряет?
– Эка сказанул! То новую мастерскую на новом месте строить надобно, людей искать али отсель за озеро переманивать. Самому с хозяйством обосновываться.
– Полцены за материал, – кратко ответил князь.
– Угу… В строительство вложишься, а опосля окажется, что и цена выросла, и тягло на мне повисло, и людишки в холопы продались.
– Насчет тягла ты хорошо придумал, – кивнул Андрей.
– А вот со всем прочим никак условия не изменятся, на том рядную грамоту можем подписать. Приедешь на место – увидишь, почему.
Очень к месту служка притащил угощение. Вино – Звереву, хмельной мед, пряженцы и лоток с заливной зайчатиной – купцу. Евграф взялся за еду. Князь Сакульский тоже молчал, давая купцу время подумать. Когда глиняное корытце опустело, а в кружке вспенились остатки меда, новгородец наконец рискнул ответить:
– Не поглядевши не решишь, княже.
Готов я с тобой на место сплавать. Там рядиться и станем. А може, иного компаньона тебе искать придется, слова давать не стану. Но задумка у тебя интересная, согласен. Ты когда отчаливать намерен?
– Мыслю, еще дня два придется здесь побыть.
– А судно где?
– За рыбацкой слободой, на Вишерской протоке. Ушкуй там только один стоит, не ошибешься.
– Я на паузке своем поплыву. Иначе ведь мне и не вернуться. Тебе-то, княже, из-за одного гостя ушкуй гонять не с руки.
Заодно и родичей в Кореле навещу. Послезавтра, стало быть? Ну так я поутру прямо к ушкую и причалю."
"Купец поднялся, вынул из складки кушака и кинул подбежавшему служке какую-то монету, развел широко плечи и тяжелым шагом направился к дверям. Андрей остался ждать примерно с половиной кувшина белого рейнского. Еще один кувшин и заливную белорыбицу он заказал к себе в светелку часа через два. Потом еще один. Время тянулось медленно, а Пахом вернулся только ближе к полуночи.
Пряча взгляд, ушел за занавеску, и почти сразу там зашелестел набитый сеном тюфяк.
– Ты бы хоть поел, дядька, – предложил Андрей.
– Прости, что разбудил, княже. Я того… В корчме на Ильиной улице перекусил. Сыт.
– Как хочешь.
Про успехи спрашивать Зверев не стал. И так было ясно, что Пахому ничего добыть не удалось.
Поутру холоп выскользнул за дверь опять же на голодный желудок.
