Я лишь прошу не становиться тираном, которого погубит собственная гордыня. Я твой сын, отец! Дай мне доказать, что я могу быть достойным наследником.
– Мне не нужен наследник! – вопль Корнелиуса ударил по ушам. Выкрик был таким неожиданным и громким, что вздрогнули даже стражники. Я услышала, как Ханна испуганно охнула. Только Рейн остался спокоен. – Ты слишком наивен, сын. Именно поэтому ты проиграл.
– Дед не поверит в мою случайную кончину. У тебя начнутся проблемы с Имберией. – Рейн спокойно произнес еще один свой аргумент.
Но я видела, что император давно уже все решил для себя.
– Я найду способы, чтобы все поверили в твою смерть. Ты как раз кстати привел этих двоих. – Корнелиус перевел на меня взгляд, и я вздрогнула от холодного презрения и жестокости, плескающегося в его глазах.
– Они тут ни при чем. Ни в чем не виноваты, – быстро проговорил Рейн, вступаясь за нас.
– Я даже сперва не поверил, когда мне доложили, что ты наконец-то завел друзей. Только вот кого? Двух безродных девиц.
Но вся Академия видела, что вы тесно общаетесь. И вот теперь представь такой трагичный исход. Они обе влюбились в тебя. А ты предпочел вот эту, – Корнелиус ткнул в меня пальцем. – Или вот ту. – Он перевел указательный палец на Ханну. – Неважно. И тогда одна из них убила сначала тебя, а потом и соперницу из ревности. И покончила с собой. Как трагично. Вся империя будет рыдать. Какая судьба. Любовный треугольник. А, может, безответная любовь. Детали я еще не придумал. Но поверь мне, Рейн, история выйдет душещипательной.
На меня накатила волна страха, парализовавшая все тело. Каждое слово, произнесенное этим саркастичным тоном, было словно лезвие.
Осознание, что император – хладнокровный тиран, не заставило себя ждать. Он убьет нас всех. Без жалости и сожаления. Без малейших сомнений. Его холодные глаза не выражали ничего человеческого.
В ушах гудело, ладошки стали потными. Сердце билось с такой силой, что казалось, вот-вот вырвется наружу.
Мы – глупые мыши, которые сами залезли в смертельную мышеловку.
– Ладно, я готов уехать из Империи. Навсегда. Девочек заберу с собой. – Глухо произнес Рейн. Я отчетливо расслышала боль в его голосе.
– Поздно, сынок, – хохотнул отец. – У тебя была такая возможность. Но я же сказал, ты наивен. Ты пришел сюда, и теперь дороги назад нет.
«Бежать, – стучало в голове. – Нужно бежать из этого страшного места».
Парализованная страхом, я не сразу вспомнила, что владею уникальным даром перемещения.
