Через час полета Лось узнал знакомое ущелье, выходящее на красивый луг в низине между горными стенами, свернул туда. Голову обдало жаром. Здесь он познакомился с Аэлитой и познал счастье понимания и любви, здесь он встречался с той, которую ценил больше жизни. И здесь же он ее потерял…
Лодка зависла над рощей пышных, плакучих, похожих на лазурно-голубые ивы и ракиты, деревьев. Под деревьями паслось стадо низкорослых длинношерстых животных. У них были толстые медвежьи лапы и плоские кроткие морды. Хаши – так называли их марсиане.
Из озера за рощей поднималась к террасе, на которой стоял дом Тускуба, широкая лестница. Но статуй с обеих ее сторон уже не было, они превратились в груды обломков. Впрочем, и владение бывшего правителя Марса тоже оказалось разрушенным. На звездообразной песчаной площадке перед ним виднелись воронки от взрывов и длинные языки копоти. Нигде ни души. Марево зноя. Пыль. Запустение. Сладко-пряные запахи смерти.
– Здесь? – поинтересовался Высокий.
Лось вместо ответа повел лодку на снижение, посадил у ворот рухнувшего дома.
Выскочил, пробрался между упавшими колоннами к дыре в стене, вошел в чудом уцелевшую угловую комнату, где когда-то Аэлита принимала гостей с Земли.
Грудь пронзила тоска. Глаза наполнились слезами. Лось сердито топнул ногой, вытер глаза кулаком, осмотрелся.
Лучи света с танцующими в них пылинками падали сквозь проломы в стене и потолке на мозаичный пол. Бронзовые статуи, стоявшие между плоскими книжными полками, были повалены, вазы разбиты.
Опрокинутая широкая скамья… разбросанные по полу костяные валики и книги в красивых переплетах… разломанный читальный столик… матовое зеркало экрана, целое!
Лось, хрустя осколками посуды и крошками штукатурки, подошел, дернул за шнур. Раздался слабый треск. Экран разгорелся жемчужным отливом, в его глубине проступили очертания какой-то пещеры, а в ней – тонкая человеческая фигурка. Аэлита?!
Лось дернулся к экрану, протянул руку.
Раздался еще один треск, по экрану побежали снопы синих электрических искр, он погас.
За спиной загремело.
Лось обернулся, хватаясь за «маузер». На него, приседая от страха, смотрел толстяк-марсианин в серой хламиде. Лось узнал его: это был домоправитель тускубовой усадьбы, слуга Аэлиты.
– Магацитл жив! – забормотал он писклявым голосом, тряся жирными щеками, стукнулся коленями об пол. – Магацитл вернулся!
– Где Аэлита?! – подскочил к нему Лось, весь пылая.
