Шарм – не мертвяки, его на кладбище не накопаешь, – подумав, уточнила Улита.
К утверждению девчонки, что у него большие магические способности, Мефодий отнесся с недоверием. «Она что-то путает! Из меня маг – как из живого слона затычка для ванны!» – подумал он не без сожаления.
– А кто тебя послал? С кем я должен буду встретиться? – спросил Мефодий.
Улита вопросительно вскинула глаза, точно стараясь рассмотреть что-то в воздухе. У Мефодия возникло ощущение, что они не одни здесь – что с ними рядом, в пустоте двора, есть еще кто-то – грозный и незримый.
– Нет. Я не могу тебе пока этого сказать. Он… он сам тебе все скажет. Ты придешь?
Мефодий быстро взглянул на нее. Свечение вокруг Улиты было размыто-розовым. Нормальное такое, спокойное свечение. Обычно ложь со стороны похожа на черную дыру. Человек замыкает свои контуры, инстинктивно старается не распространять никаких энергий и этим верно себя выдает, даже если внешне держится спокойно, как профессиональный игрок в покер. Похоже, Улите можно верить.
Или хотя бы верить до каких-то пределов.
«Ее энергетическое свечение какое-то очень уж непринужденное. Возможно, она поняла, что я что-то в этом соображаю, и приняла меры», – подумал Мефодий, не чуждый разумной подозрительности.
– Я подумаю. Он – ну этот, которому я нужен, – сам ведь не может ко мне явиться? – спросил он.
– Он может все. Ты даже не представляешь, как много он может! – убежденно и даже с восторгом сказала Улита. – Но, увы, гора не ходит к мудрецу на чашечку чая. Придется мудрецу самому ловить такси и ехать к горе.
А теперь кое-какие детали. Назовем их кислой прозой жизни. Ты хорошо знаешь Москву?
– Ну… – начал Мефодий.
– Разумеется, плохо, – перебила его Улита. – Большинство москвичей скверно знают свой город. Исключение составляют таксисты. Итак, завтра мы ждем тебя на старом Скоморошьем кладбище. Место выбрала не я, так что не взыщи, если звучит мрачновато.
Мефодий поежился.
– Как-то не тянет меня на кладбище! – сказал он.
– Не волнуйся! Могилы не будут открываться, и мертвые с косами не прервут свою дрему.
Все будет чин-чинарем. Мы ж не в дешевом кино. Да и кладбища там давно нету. Там стоит обычный дом… Почти обычный дом, если быть откровенным. Наш офис, наша резиденция, наш особняк – называй его как хочешь. Скоморошье кладбище под фундаментом, да и то сомневаюсь, что, кроме пары черепов, там что-то осталось, – успокоила его Улита.
– Это где? – с большим сомнением спросил Мефодий.
– В центре города.
