Это плакал фальшивый висельник, сообразивший, что при любом раскладе виноват всегда стрелочник и поезд справедливого возмездия прокатится именно по нему.
– Кончай цирк, Лигул! Лопухоидов здесь нет, и билеты в первый ряд не проданы. Говори, зачем пришел, – устало сказал Арей.
Но горбун не спешил. Он уселся в мягкое кресло и поджал ноги. В своем пестром одеянии он очень напоминал нахохлившегося яркого попугая. Попугая, который быстро смелел и даже словно начинал презирать Арея за то, что тот оставил ему жизнь.
– Твоя секретарша здесь?.
. Нас никто не услышит? – уточнил Лигул.
– Улита на дискотеке с каким-то джинном. Они так зажигают, что в прошлый раз спалили… м-м-м… что же это было? То ли ночной клуб, то ли казино.
– Арей, я же просил: не привлекать лишнего внимания! – укоризненно сказал Лигул.
– При чем тут моя Улита? Это ее хахаль, из твоей, кстати, Канцелярии. Джинна обозвали чучмеком, он и обиделся.
– Да, они слишком горячие, эти южные парни. Но что я могу на этом безрыбье? Ничего не могу… Ах, Арей, кадры в нашем деле решают все, – вздохнул Лигул.
– А все что не решают кадры – решаешь ты. Но «ближе к телу!», как любит говорить моя секретарша! – зевнув, заметил барон.
Лигул стал серьезным.
– Мы думали, что Мефодий должен перешагнуть порог черно-белого лабиринта в день своего тринадцатилетия. Тогда звезды займут нужное положение – не так ли?
– Так, – сказал Арей.
– Но при этом мы не учли, что Срединные земли сами по себе находятся в движении.
– Срединные земли неподвижны.
Не смеши меня, Лигул, – сказал Арей.
– Так считалось раньше. Возможно, раньше так и было. Но теперь Срединным землям вздумалось прийти в движение, тем более что законы света и мрака там все равно не действуют… Звездочей, которого я предусмотрительно оставил там наблюдать за созвездиями, доставил мне это известие два часа назад. Я все проверил. Ошибки нет.
– И когда же Мефодий должен будет пройти лабиринт? – перебил его Арей.
– Завтра, – быстро сказал Лигул. – Все меняется крайне стремительно.
Срединные земли просто взбесились. Они искривляют пространство как хотят и за считаные секунды проходят путь, на который раньше у них уходили столетия. Мефодий Буслаев должен быть там завтра вечером… Положение звезд останется таким же на сутки. Послезавтра к вечеру все уже закончится.
– Это невозможно. Мальчишка еще не готов. Я ничему не успел его научить! – отказался Арей.
Горбун передернул плечами:
– Выхода нет. Или завтра вечером, или через сто тысяч лет.
