Ещё час назад в этой машине мы чуть не занялись сексом, а теперь я рыдаю и представляю собой весьма жалкое зрелище.
Громко шмыгаю носом.
— М-м-м? Я намочила твою кофту.
Накрываю ладонью пятно и слегка тру.
— Херня. — Мирон останавливает мою руку, обхватывая своей. — Что произошло в квартире? Ты можешь мне рассказать?
— Я не хочу. — Моё лицо опять по-детски кривится.
Пытаюсь отвернуться, чтобы спрятать эту картину от внимательных тёмных глаз. Мирон обнимает двумя ладонями, горячими и тёплыми, мои щёки и заставляет смотреть на себя.
Стирает влажные дорожки от слёз, и из меня вырывается новый всхлип.
— Он тебя тронул? — голос Гейдена тихий и зловещий.
Понимаю, что все эти бурлящие в Мироне эмоции направлены не на меня, но всё равно ёжусь.
Гейден понимает выступившие мурашки на моей коже по-своему и включает обогрев на самую большую мощность.
— Не успел. Но хотел. Он хотел… понимаешь?
Мирон медленно кивает. И я вижу, что он принимает какое-то решение. Отводит взгляд. Смотрит на панельную пятиэтажку перед машиной, затем, продолжая удерживать меня рядом, словно боится, что могу куда-то деться, тянется на заднее сиденье и достаёт из куртки мобильный.
"
"Смотрит на экран.
— Ты звонила, — вскидывает глаза. — Я не видел.
— Ты приехал сам. Это даже лучше, — слабо улыбаюсь.
Неожиданно внутри разливается тепло. Мирон так и не спускает с меня взгляда и внезапно подаётся вперёд, словно поцеловать хочет, но не целует. Останавливается в миллиметрах. Его дыхание щекочет, обжигает и смешивается с моим.
Я тоже не двигаюсь. Одна его ладонь всё ещё на моей щеке, и я жмусь к ней сильнее, согреваясь.
— Я передумал оставлять тебя здесь на ночь… Хотел забрать с собой, даже если бы пришлось скрутить, взвалить на спину и засунуть в багажник.
— Ты почти так и сделал. Спасибо.
— Спасибо скажешь, когда я в багажник запихну того ублюдка, что напугал тебя. Кто он? Расскажи мне всё, что знаешь. И если есть номер телефона, тоже будет не лишним. А пока…
Гейден закидывает руку за спину и стаскивает с себя толстовку, остаётся в одной тонкой серой футболке.
Отдаёт мне тёплую, пахнущую им кофту, и я прижимаю её к груди.
— Надевай и капюшон накинь.
— Ты не пойдёшь туда? Не ходи, Мирон! — вскрикиваю, цепляясь за его руку.
Не хочу оставаться одна. Не хочу, чтобы Гейден вляпался из-за меня в неприятности. Весь его вид кричит о том, что он вряд ли просто поговорит с Русланом по душам. Я уже видела, на что способен Мирон в безумной агрессии.
