Мерь поступками и слушай свое сердце. Мое сердце давно подсказывало мне уйти, все ведь перед глазами было… а я… все держалась за осколки счастливых воспоминаний и детей. Не хотела рушить семью, а семьи там как таковой и не было.
Мне кажется, эта речь не предназначалась для моих ушей. Ирине нужно выговориться, а тут я… незваная гостья с полным ртом омлета, не в состоянии вымолвить ни слова.
О разводе родителей Гейдена я знала уже давно, но, что за этим кроется, не представляла. В конце речи голос Ирины дрогнул и надломился.
— Вы такая сильная женщина, я вами восхищаюсь, — произношу негромко, но твердо.
Встаю со своего места и крепко обнимаю маму близнецов.
— Да брось, — тихо смеется, обнимая в ответ. — Обычная разведенка с двумя прицепами.
— Скажете тоже! А я тогда детдомовка с сомнительным прошлым. Стереотипы.
Теперь мы обе смеемся. Ирина разжимает объятия, но продолжает удерживать меня за плечи. Вглядывается пристально в мое лицо, медленно говоря:
— Вот именно, прошлым. Свое будущее мы создаем сами.
И мы обе на правильном пути. Я поеду на встречу с Питером и собираюсь смотреть в его лживые глаза с высоко поднятой головой и всем достоинством, которое у меня осталось. А его у меня немало, ты же… Я очень рада, Ангелина, что ты появилась в его жизни. Мирон всегда был трудным, закрытым в общении, никого близко к себе не подпускал. Другое дело Марк, — закатывает глаза, и я понимаю, что она имеет в виду. Внимательно слушаю, каждая крупица информации о Мироне для меня ценна. — Совсем другой человек.
Я люблю их обоих и очень горда быть их матерью. Но всегда немного больше сердце у меня болело за Мирона. Такой одинокий и гордый, спрятанный за своей толстой броней. А на самом деле обычный мальчишка, со своими страхами и мечтами. Мне кажется, вы очень подходите другу другу. Он нашел, кого оберегать и любить. Я очень хочу, чтобы у вас все вышло.
— Я тоже очень хочу… — шепчу, потрясенная ее словами. — Но ваш сын такой твердолобый баран! — в сердцах.
Ирина понимающе усмехается:
— И ему есть в кого.
Поверь. — У нее звонит телефон, и она отходит взять его со стола, я опускаюсь обратно на свой стул и вновь принимаюсь за омлет. — Помяни черта. Питер уже внизу…
Понимаю, что им нужно поговорить без свидетелей.
— Вы идите без меня, я в больницу подъеду через час. Ну… чтобы не мешать.
— Ты и не помешала бы, но… да, так будет правильнее. Спасибо. Я оставлю тебе шофера, он тебя отвезет куда скажешь, — Ирина сосредоточенно кивает каким-то своим мыслям.
