Прогульщики повылезали как подснежники по весне, заочники хлынули сдавать долги и искать преподавателей, пытаясь досдать прошлые экзамены, отнимая у них время на лекциях и семинарах. Мне кажется, во время зимней сессии все балансируют на краю депрессии. Даже отличники и зубрилы, которым совсем не о чём волноваться, выглядят как бледные тени самих себя.
Зевая, крепче сжимаю в руке стаканчик американо из кофейной палатки на остановке и поправляю на плече сумку с ноутбуком, сдаю пальто на хранение в раздевалку.
Забираю номерок и, приложив пропуск к турникету, двигаюсь к лестнице, ведущей на второй этаж. Мне нужно забежать в деканат и поговорить с деканом насчёт перевода на полгода.
Не так давно я пребывала в эмоциональном раздрае, буквально заставляя себя заняться учёбой, чтобы окончательно не сойти с ума. Отключилась от реальности и погрузилась в когда-то любимые предметы с головой. Не замечала никого вокруг, жила как робот, питалась на автомате. Похудела на размер, что при моей и так не сильно пышной комплекции очень бросается в глаза.
Выпала из всех тусовок. Поддерживала общение лишь с Сашей, иногда ещё переписывалась с Викой. Негласная королева универа не понимала куда я пропала из их тусовки. Она вроде неплохая девчонка, с ней можно попить кофе и поболтать о чем-то своём, девчачьем, но только не сейчас, когда я переспала с парнем, который ей нравился и о котором она трещала без умолку, строя планы по его завоеванию. И, думаю, ей бы это удалось, если бы Мирон внезапно не пропал с радаров и из универа на два месяца.
Значит, он был у брата, а не снимал шлюх и трахался с ними круглосуточно в том самом клубе, где мы впервые встретились? Если честно, всё это время я больше склонялась ко второму варианту. И эта мысль о Мироне с другой приносила моей душе жуткую боль. Только познакомившись вчера с Марком, поняла, что он всё время был рядом с ним.
Я сама отказалась от его унизительного предложения. Могла бы тоже с ним спать.
За деньги. Как содержанка или та же шлюха. Никакой разницы. Меня бы трахали и платили бы за это.
Сейчас мне тоже платят и, слава богу, не за секс, всего лишь за убедительное враньё полиции. Саше плевать на моё тело, зато его мать уже вовсю планирует нашу громкую свадьбу. Я особо не вникаю в детали, надеюсь, до неё всё же не дойдёт. Скоро шумиха с аварией уляжется, и мы все сможем вернуться к обычной жизни. Насколько позволит совесть.
