Платонов набросал словесный портрет шантажиста, и Варяг, покачав головой, произнес:
— Ба, да это же Витя Тульский. Выходит, я теперь у московской братвы под колпаком. Ладно, Андрей Егорович, мне все ясно. Разговор окончен, спасибо, что потрудились зайти."
"— Так что же мне делать? — глуповато спросил Платонов.
— Да ничего особенного, — пожал плечами Варяг, — делайте все, что они попросят. Ну, разумеется, сообщая мне об этом. Советую вам проявлять в отношении меня полную искренность. Я вас смогу защитить от кого угодно, а вот от меня вас никто не защитит.
— Так кто же эти люди, которые мне угрожали? — полюбопытствовал Платонов.
— Воры в законе, — коротко ответил Варяг.
Вспоминая этот разговор с Платоновым, Варяг ругал себя за то, что сохранил на важном посту рядом с собой столь ненадежного человека. Особенно разозлило Варяга даже не то, что Платонов поддался давлению, сколько то, что он скрыл от Варяга факт шантажа и долгое время выполнял все, что от него требовали воры. Хорошо еще, что, играя в концерне, по сути дела, чисто декоративную роль, он не знал о многих сторонах деятельности своего заместителя.
В любом случае от Платонова следовало избавляться — Варяг твердо решил это сделать, пусть даже воры потребуют сохранить его па посту как своего агента. Однако сейчас самым важным было правильно провести разговор с ворами. Варяг понимал что сходняк, на который его вызвали, организован с одной целью — потребовать у него ответа.
За свою личную безопасность Варяг не опасался — даже если воры признают его виноватым, люди Чижевского не позволят даже волосу упасть с его головы.
Они взяли под контроль все подходы к маленькому ресторанчику «Каприз», где намечалось провести сходняк. Кроме того, за «ауди» Варяга следовали два джипа с охраной — присутствие этих молодцов должно было удержать воров от резких движений в том случае, если бы разговор пошел по нежелательному руслу. Однако меры предосторожности, которые принял Варяг перед сходняком, отнюдь не гарантировали ему безопасности в будущем — если не удастся по-хорошему разойтись с ворами.
Поэтому Варяг сейчас был молчалив и сосредоточен — он подбирал в уме аргументы, которые могли бы объяснить ворам его действия. Он понимал, что из документов, переданных Платоновым Вите Тульскому, хорошо видно, какие гигантские средства вкладываются в производство и в научные исследования. Большая часть этих средств, конечно, путем несложных махинаций могла бы попасть в общак.
