— На мой взгляд, у Олеси диспропорциональная фигура, — ухмыльнулась Нора, — слишком узкие бедра и большая, прямо-таки огромная грудь. Наверное, она вшила силикон. Ваня, скажи, с точки зрения мужчины, имплантаты — это хорошо?
Я смутился — не люблю обсуждать вслух интимные проблемы.
— Так как? — наседала на меня Нора.
— Внешне дама, сделавшая свой бюст более совершенным, выглядит красиво, — обтекаемо ответил я. — Сейчас масса возможностей для исправления ошибок природы: можно надеть брекеты, прилепить искусственные волосы, нарастить ногти.
Но к чему это приведет? Женщины станут похожими, словно клоны, все с одинаково высокой грудью, без морщин, блондинки со спортивной фигурой. Мне кажется, что, усиленно подгоняя себя под некий стандарт, дама лишается шарма. Думаю, изменять надо лишь уродство, мешающее жить, например, волчью пасть или заячью губу.
— Одной и горб не помеха, — протянула Нора, — проживет с кривой спиной счастливо, другой ноготь неправильной формы оправданием для лени станет, сделает из него проблему.
А что скажешь о ее одежде? Сумочке? Обуви? Похоже, туфли неудобные, девица споткнулась о ковер и чуть не упала. Кстати, входя в комнату, она также зацепилась за покрытие.
Вот тут я удивился еще больше.
— Простите, я не компетентен в вопросах моды, в особенности дамской. Но, по-моему, Олеся — женщина со вкусом, она выглядит достойно.
— Ладно, Ваня, — устало сказала Нора, — иди-ка ты спать, завтра трудный день.
Я отправился в свою спальню и уже хотел взять книгу, как на тумбочке начал подскакивать мобильный.
Номер, высветившийся на дисплее, был мне незнаком, а голос, прозвучавший из трубки, я определенно слышал впервые.
— Алло, — протянул капризно незнакомец, — позовите Ивана Подушкина.
— Это я.
— Метеорит влетел прямо в окно? Он был горячий? Упал на стол и пробил его? Почему вы молчите?
— Извините, я не понимаю, о чем идет речь!
— Ой, вам, наверное, уже успела позвонить «Желтуха»! Но мы заплатим больше, чем они!
— Простите, с кем я разговариваю?
— Владимир Коэн, ежедневник «Клубничка», — заныл голос.
— Не соображу, чем я мог заинтересовать ваше издание.
— Николетта Адилье вам кем приходится?
— Матерью, — от неожиданности сказал я правду."
"— Да? — поразился Владимир. — А мне она сообщила, что вы ее брат.
— Верно, — начал выкручиваться я, — с одной стороны, конечно, вне всяких сомнений, брат, с другой, если углубиться в корень вопроса, изучить его до дна, то в некотором роде ближе к сыну.
