– Она просто пытается избежать наказания, – заявила Эми, вваливаясь в комнату. Она обожала смотреть, как ругают Софи.
– Эми, сколько раз я говорила тебе не подслушивать?! – рассердилась мать.
Эми пожала плечами:
– На сколько вы посадите ее под домашний арест?
– На три месяца, – сказал отец.
Эми кинула на Софи торжествующий взгляд.
– Не важно, – произнесла Софи, не отпуская родителей. – Простите, что заставила волноваться. Больше так не буду, обещаю. – Хоть в этот раз она сдержит обещание.
– Ладно, может, на два месяца, – решила мама, поглаживая Софи по спине.
Эми надулась, и Софи не сдержала улыбки при виде такой мелочности.
Неожиданно она с изумлением осознала, что будет скучать по Эми. По своей непослушной, надоедливой, несносной сестренке. Конечно, они постоянно ссорились, но это было… весело. Почему же раньше она этого не понимала?
Подбежав к Эми, она крепко обняла ее.
Родители изумленно уставились на них.
– Уф, ты чего? – спросила Эми, пытаясь вырваться из крепких объятий сестры.
Софи не обратила на это внимания:
– Знаю, мы не всегда находим общий язык, Эми, но ты моя сестра, и я тебя люблю.
Эми отдернулась:
– Ты какая-то странная.
– Я не странная. Просто хотела сказать, что люблю тебя. Я всех вас люблю. – Она обернулась к родителям, которые наблюдали за своими дочерями с раскрытыми ртами. – Лучшей семьи у меня и быть не могло.
– Что с тобой? – спросила Эми.
– Ничего, – она отвернулась, смаргивая слезы. – Пойду в свою комнату.
Отец откашлялся:
– Мы еще не закончили, Сойка.
Нам надо поговорить о том, что сегодня было.
– Поговорим, – кивнула Софи, отчаянно желая сбежать отсюда. На улице ее ждал Фитц, и нужно было торопиться. – Но позже.
Она спешно дошла до комнаты и собралась в полном оцепенении. Вещей было немного: ей казалось, что все принадлежит кому-то другому – из какой-то другой жизни.
Закончив со сборами, она позволила себе остановиться на минуту и заново запомнить свою комнату: светло-голубые стены, стоящие повсюду пыльные стопки книг, сине-желтое одеяло, которое в детстве сделала ей мама.
Теперь комната выглядела пустой. Может, потому что опустошена была сама Софи.
Затем она тяжело вздохнула, выключила свет и закрыла дверь.
В коридоре Софи споткнулась о Марти.
– Прости, малыш, – шепнула она, присаживаясь рядом и гладя его по мягкой шерстке, пытаясь не заплакать. Он был ее единственным другом – но она не могла взять его с собой. Он будет нужен ее семье.
– Эми о тебе позаботится, – пообещала она, поднимаясь.
