Никто тебя не услышит, а наказание тебе не понравится. Кивни, если поняла.
Голова была тяжелая будто свинец, но она смогла пару раз слабо кивнуть.
– Хорошо. Теперь давай с этим покончим.
К ее вискам прижались грубые руки, сжимая и так больную голову.
– Зачем? – прохрипела она. Попыталась открыть глаза, но их что-то закрывало. – Зачем вы это делаете?
– Ты выполнила свою задачу, – прошипел едва слышный голос. – А теперь измените ее воспоминания, чтобы можно было ее перевезти.
Она затаила дыхание, не зная, почувствует ли потерю воспоминаний и будет ли ей больно.
Но ничего не произошло.
– Сработало? – резко поинтересовался хриплый голос.
Воцарилась тишина, за которой последовало усталое ворчание:
– Нет.
Короткое слово зазвенело в помещении.
В стену врезалось что-то тяжелое. А затем к ее губам прижали сладко пахнущую тряпку, и снотворное вновь утянуло ее во тьму.
– Проснись, Софи, – донесся чей-то голос сквозь клубящийся туман в сознании. Нос снова болел. Затем начался кашель.
В этот раз она не подавилась им, но глаза все еще были завязаны, а на ногах и руках были путы.
– Кто вы? – шепнула она, пытаясь вытянуть сознание из наркотической дымки.
– Не важно, – ответил ей едва слышный шепот.
По спине поползли мурашки:
– Чего вы хотите?
– Я? О… много чего. Мне перечислить все? – Его голос был пустым, серым. К сожалению, она не узнавала его – потому что никогда до этого не слышала.
– Чего вы хотите от меня?
– А, да, так понятней, – он жутко, с придыханием рассмеялся – смех больше походил на хрип.
– Хочу узнать, почему ты здесь.
– Это вы мне скажите, – плюнула она. – Вы же меня схватили.
– О, я не имел в виду здесь. Почему ты вообще существуешь? Зачем так утруждаться, чтобы создать одну уникальную девочку? А что они скрыли в этом твоем непроницаемом разуме? – В его словах слышался яд, а горячие ладони скользнули по ее вискам, оставляя за собой след тепла. – Полагаю, ты не хочешь со мной поделиться?
– Уберите от меня руки.
Очередной хриплый смешок:
– А ты сообразительна, надо отдать тебе должное.
Но ты ставишь меня в затруднительное положение.
Спокойное эхо шагов говорило о том, что он начал расхаживать.
– Легче всего было бы убить вас с дружком. Но ведь легко никогда не бывает, так? Конечно, к твоему другу это не относится. От него скоро избавятся.
– Зачем? Вам ведь нужна я. Почему вы его не отпустите?
– Чтобы твое исчезновение стало выглядеть подозрительно? Нет, так нельзя. Не волнуйся, он ничего не почувствует.
