Она не понимала. Она не понимала даже, проснулась ли. Разум застилал такой туман, что сложно было думать.
– Ну и что вы будете с ним делать? – спросил один из похитителей.
– Мы не собираемся отвечать на твои вопросы, – послышался новый голос: едва слышный шепот. – Просто сделай свою работу – сотри ее недавние воспоминания.
«Пожалуйста! – подумала Софи, изо всех сил стараясь сосредоточиться вопреки состоянию и передать мысли так далеко, как только могла. – Меня зовут Софи Фостер. Если кто-нибудь меня слышит, прошу, помогите!»
Она прислушалась в ожидании ответа, но вокруг была тишина – а затем ее вновь поглотила тьма.
Из дремы ее выдернули громкие голоса. Хотелось заплакать, но сил не было. Все тело болело. Но это минимум значило, что она все еще жива.
– Они организовывают похороны.
– И ничего, что тел так и не нашли?
– Зато нашли медальоны на дне океана. Все поверили.
«Нет! – мысленно закричала она. – Мы не мертвы! Прошу, кто-нибудь, услышьте! Нам нужна помощь!»
– Они решили, то делать с мальчишкой?
– Придется от него избавиться.
«Пожалуйста! – передала она. – Пожалуйста, помогите!» – Она отослала послание на максимально далекое расстояние.
– Девчонка проснулась. Она передает сигнал о помощи.
Сильная рука железной хваткой стиснула ее запястье.
– Хватит, Софи! Слышишь меня?
– Расслабься. Отсюда она ни до кого не дотянется.
– Плевать. Выруби ее.
Острый сладкий запах защекотал в носу, и Софи опять погрузилась в темное забытье.
Во мраке время потеряло всякое значение.
Секунды походили одна на другую – пока жжение в носу не заставило вернуться в реальность. С каждым вдохом хотелось чихнуть и закашляться."
"– Ты уверен, что это обязательно? – спросил кто-то, нависающий над ней.
– Либо так, либо сдаемся.
Послышался очень громкий вздох:
– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
Грудь содрогнулась, и Софи зашлась бы в кашле – но к губам была прижата ткань, не позволявшая этого сделать. От боли затряслось все тело.
– Она сейчас задохнется.
– Выживет, – возразил хриплый голос.
– Не хочу, чтобы она говорила.
– Надеюсь, все сработает, – добавил кто-то еще.
Она закашлялась еще сильнее, и дышать стало трудно.
– Чудно. Ну давайте, пока она не задохнулась.
Когда они сорвали тряпку, то вместе с ней будто отодрали губы. В горле пересохло, на языке стоял горьковато-кислый привкус, но ощутить прохладный воздух было прекрасно. Она судорожно задышала, кашляя и дрожа, пока приступ не сошел на нет.
– Даже не думай вопить, Софи.
