Полина заговорила, когда дом ее тетки уже замаячил на горизонте:
– Мне нужен небольшой аванс.
– Зачем?
– Хочу купить что-нибудь поприличнее этого, – она выразительно похлопала себя по коленям.
– Симпатичные штанишки, – буркнул Сергей.
– Беда лишь в том, что эти симпатичные штанишки – моя единственная одежда. Ты не находишь, что этого до неприличия мало?
Ишь как она заговорила, графиня Полина Ясневская! Ну конечно, она ж ко всему прочему еще и французская подданная, а у них там во Франции не принято разгуливать в штанах с чужой задницы.
Ну что ж, будет ей новый гардероб...
* * *"
"Щирый, старый лис, их опередил, подстраховался: прежних охранников сменили два мужика с такими непрошибаемыми лицами, что сразу стало ясно – с этими конструктивного диалога не получится. Выходит, зря они тащились обратно к Ядвигиному дому, только время потеряли. И Полина выглядит усталой: кожа бледная, с испариной, голова, наверное, болит. Надо возвращаться, вот прямо сейчас. Пусть она отдохнет. На сегодня информации достаточно.
Они бы и вернулись, если бы путь их машине не перегородил милицейский «уазик». Громко хлопнула дверца, «уазик» вздрогнул, и на дорогу, поднимая облачко пыли, спрыгнул молодой парень. Сергей с интересом посмотрел на вновь прибывшего. Тот лихо сдвинул на затылок форменную фуражку и широко, по-мальчишески, улыбнулся.
У него было усыпанное веснушками лицо, почти белые, выгоревшие на солнце волосы, ярко-голубые глаза, голливудская улыбка и атлетическое телосложение – ну прям мечта всех дамочек.
Сергей скосил взгляд на Полину. Так и есть – мечта! Замерла вон, таращится на этого сельского красавчика, точно он последний мужик на земле.
– Младший лейтенант Бойко, – представился красавчик.
– Здравствуйте. – Полина улыбнулась, и в ту же секунду Сергей испытал к парню необъяснимую неприязнь.
– Что, вас тоже достали эти уроды? – Парень кивнул в сторону дома.
– Какие уроды? – спросила Полина.
– А кого они еще достали? – уточнил Сергей.
– Вы же, я так понимаю, дачники? – Взгляд младшего лейтенанта Бойко сделался бдительно-настороженным.
Чтобы развеять его подозрения, пришлось соврать.
– Дачники, – кивнул Сергей.
– Небось решили сами отношения выяснять? – Милиционер сорвал травинку, зажал в крепких зубах. – Меня местные уже завалили жалобами. Я здешний участковый, – пояснил он. – После смерти старой графини никому покоя нет. Уже больше месяца в доме ошиваются какие-то подозрительные личности. Пусть бы ошивались, мне не жалко.
