– Мало ли что! Например, кто еще, кроме тебя и профессора, приходил в дом.
– Они не скажут.
– Но попытаться ведь можно.
– Сережа, – она легонько коснулась его руки.
– Ну? – Прикосновение было приятным и болезненным одновременно. Зря она это...
– Я тебе очень благодарна. Ты много для меня сделал, но на этом все.
– Что – все?
– Больше не нужно мне помогать. И расследований больше никаких не нужно.
– Да ну?! А что же вам нужно, миледи? – Он не удержался от сарказма.
– Не знаю. – Полина потерла виски. – Ты же сам все слышал, ты же видишь, что получается.
– И что получается? – А и в самом деле любопытно, как ей видится эта история с наследством.
– Получается, что я авантюристка.
– Да ну?!
– Я ведь приняла приглашение Щирого, – она сложила руки на коленях, точно примерная ученица. – Сначала приняла приглашение, потом побывала в доме своей тети и забрала Джаспера. Понимаешь?
Сергей не понимал. Да будь она хоть трижды авантюристкой – что это меняет?! Он так и спросил, а она уставилась на него своими глазищами так, что взгляда не отвести.
Он чуть управление не потерял – засмотрелся.
– Это может быть опасно, – сказала и отвернулась, слава тебе, господи.
Значит, опасно! Значит, она его пожалела! Добрая какая...
– Ты не должен рисковать из-за меня.
– А кто сказал, что я рискую ради тебя? – Когда она смотрела в другую сторону, ему было проще собраться с мыслями.
– А ради чего ты рискуешь? – Все-таки не выдержала, глянула из-под ресниц.
Хороший вопрос, своевременный. Знать бы только на него честный ответ.
– Ради денег, разумеется. – Ответ нечестный, зато снимающий с повестки дня все последующие вопросы.
– Ради каких денег?
– Десять процентов от наследства вашей чокнутой тетки меня вполне устроят, миледи.
Ее лицо неуловимо изменилось: надменная улыбка вкупе с презрительным прищуром глаз смотрелась на нем очень органично. Сразу видно – графских кровей девица, знает, как с холопами обращаться.
– Нет никакой гарантии, что наследство достанется именно мне. – А в глазах лед, синий, обжигающий.
– Я в тебя верю. – Сейчас главное не оплошать, не замерзнуть под этим ее презрительным взглядом.
– Хорошо, – она потерла виски, – я принимаю твои условия. Десять процентов от всего, что мне, возможно, когда-нибудь достанется, я отдам тебе. Будем составлять договор?
– Джентльменского соглашения вполне достаточно.
– Ты излишне доверчив. Что, если я тебя обману?
– Не впервой.
– Что ты сказал?
– Ничего. – Он крепче сжал руль, уставился на дорогу.
