Как хозяйка приказала.
— А хоть бы и так! — замахнулась на кота-правдолюба Незабудка. — В наши разговоры не лезь, знай своё место!
Марфа уже многое повидала, но говорящий кот её потряс. Она присела перед ним и осторожно потянулась погладить. Кот вроде не возражал, первый потёрся о Марфину руку, а потом слегка боднул.
— На шее почеши, и справа в боку, — попросил он и сипловато взмявкнул. — Каждую осень блохи одолевають, а этим начихать!
— Кому — этим? — Марфа послушно принялась чесать. Шерсть у кота была жёсткая и местами взялась колтунами.
— От блох есть специальные капли. Можно на холку нанести и всё пройдёт."
"— Да что те капли, что те капли, — проворчала позади Незабудка. — Вона сколько полыни понавешано. Никакая блоха не выдержит.
Кот вздохнул и перевернулся на спину. Он явно наслаждался вниманием Марфы
Марфе кот тоже понравился. Даже настроение немного улучшилось, и неожиданно вернулся аппетит — захотелось попробовать бабкиного супа.
— Давай, давай, деточка-а-а! — пропела Незабудка. — Заждалася похлёбушка.
Иди скорей, спробуй.
— Не советую, — зевнул кот и потянулся. — Пусть первая пробу сниметь. А то ведь и скопытиться можно. От поганок.
— Молчи, ирод! — Незабудка шикнула на кота. — Знай место, Ерошка! Совсем распоясался без Иринки. Ну, погоди, всё расскажу! Попляшешь потом под веником!
Подчерпнув ложкой наваристого бульона, она проглотила и довольно почмокала.
— Из беленьких сготовила! До чего вкусно!
— Из беленьких? Ну, тогда можно, — разрешил Марфе кот Ерошка и с мявом ушёл за печь.
Марфа машинально потянулась следом, но обнаружила лишь пыльный закуток со следами кошачьих лап на полу.
— На кой он тебе сдался? На кой? — Незабудка от стола делала ей знаки. — Поешь уже. Скоро отправимся.
— К Юльке? — обрадовалась Марфа.
— И к ней, и к ней, — покладисто закивала бабка. — До ключнику отправимся. До смычки.
— Мы ведь и шли туда. Зачем же вы меня… похитили? — Марфа на минуту сбилась, подбирая нужное слово. На самом деле никто её не похищал — Ирина Санна всего лишь молча погладила по голове, после чего Марфа отправилась с бабками добровольно.
— От энтой забрали, от двудушицы. Больно прытка. Лунного-то молока на всех на настачится. Что найдём — всё будет наше!
— Молоко Юльке нужно! И… Монаху! — Марфа вспомнила про мужика, что её подвозил. Ей хотелось верить, что Юлька сейчас с ним. Что с сестрой больше ничего плохого не случится.
— Юльке дадим… дадим твоей Юльке, — ласково кивнула Незабудка. — Ты ешь, ешь. Спробуй похлёбушку.
