И какой бы сильной ни старалась быть, мне хочется простого человеческого тепла. Плеча рядом, за которое можно спрятаться и на которое можно опереться, поднимаясь с колен.
Это одна из причин, почему я так цепляюсь за чету Соколовых и их сына. Это одна из причин, почему моё сердце ноет и хочет любви от Мирона.
Я опять отворачиваюсь к окну, вонзаю зубы в нижнюю губу и зажмуриваюсь.
— Вот и всё.
— Вот и всё. Игра закончилась, Ангелина, — тихо произносит Гейден, запуская ладонь в волосы, отводит упавшие пряди назад, смотрит прямо перед собой.
— Мы оба проиграли.
— Нет, — качаю головой, хватаясь за ручку на двери. — Проиграла только я, потому что влюбилась в бессердечное чудовище.
Я только что призналась ему в чувствах. Обнажила душу, а в ответ получила очередную презрительную усмешку и ледяной прожигающий насквозь равнодушный взгляд.
Мирон Гейден не умеет любить. Его забота мнимая. Он не умеет чувствовать ничего. Эмоционально пуст. Холоден как лёд. Порочен как дьявол. Мой личный палач.
"
"— Пока. — Дёргаю ручку на себя, толкаю дверь и выбираюсь из машины на влажный воздух.
— Пока, — летит в спину.
Чувствую, как Мирон смотрит мне вслед, но не собираюсь поддаваться искушению и оборачиваться. Держу спину ровно, прижав к груди ладонь, там, где под рёбрами зияет дыра.
Холодный ветер подхватывает мои волосы, и они тёмными прядями-щупальцами застилают лицо.
Я справлюсь. Я сильная. И плакать больше не буду. Лишь чуть-чуть. Пока сверху капает дождь, смешиваясь с моими слезами.
Защищаю курсовую одной из последних. Пока жду своей очереди за столом, за которым мы часто сидели с Мироном, постоянно бросаю взгляд на его пустующее место. Боюсь, как бы он не вошёл в аудиторию и не сел рядом как ни в чем не бывало. Но Гейден так и не появляется.
Добираюсь до дома и падаю лицом вниз на кровать, игнорирую смех Марины и её парня в соседней комнате. Скоро я съеду. Лежу неподвижно несколько часов, пока не проваливаюсь в сон. Просыпаюсь от настойчивого звонка Соколовой.
Саша пришёл в себя, и его можно и нужно навестить.
Что я и делаю на следующее утро перед учёбой. Увидев меня, Соколов закрывает глаза и делает вид, что спит, всё время пока я нахожусь в палате. Может, это и к лучшему.
Тем же вечером от матери Саши мне на карту падает ещё одна «материальная помощь». И жить становиться чуть легче, хотя тошнотворное ощущение грязи никуда не девается, лишь усиливается.
Гейден не появляется на учебе несколько дней.
