Мне неприятно и хочется скинуть с себя его руки. Отодвинуться. Вздохнуть свободнее. Выйти из машины и оказаться дома…
— Я заплачу сколько нужно, — горячо шепчет, продолжая меня удивлять. — Мои родители тоже готовы платить. Они стесняются, понимаешь? Мне нужна подставная девушка для общества. Красивая правильная жена. Я сниму тебе квартиру, буду приезжать, давать денег на еду, косметику, шмотки. Оплачу учебу. Отправлю на отдых. Всё останется как прежде...
— Но?
Всегда есть «но».
— Но про Мира ты забудешь. Раз и навсегда.
20
— Эй, голубки, давайте завязывайте трахаться на людях! — кричит Стас. — Нам тоже сразу хочется, а возможности нету.
— Возможность всегда можно найти, — пьяно хихикает Марика.
Другие одобрительно подхватывают, свистят и отпускают похабные шуточки ниже пояса, от которых мне тоже хочется громко и истерично рассмеяться. Саша отличный актер, и не только я была не в курсе, как обстоят дела с его ориентацией на самом деле. Припоминаю, как Марика, захлебываясь своим ядом, говорила, что меня не примут в их компанию, несмотря на то что я сосу член Соколову.
Неужели его друзья, близкие люди, вместе с которыми он вырос, не приняли бы его выбор? Неужели он не может дать отпор своим идеальным родителям и отстоять своё мнение и любовь? Только вот не думаю, что Мирон готов ответить ему взаимностью.
Это просто смешно!
Гейден полчаса назад чуть не занялся со мной сексом в ванной, несмотря на менструацию. Он определенно любит и хочет женское тело. Хотя… я ведь не могу быть уверена в его полной гетеросексуальности на сто процентов?
Часто богатенькие зажравшиеся детки поддаются экспериментам разного характера.
Пробуют запрещённые вещества, устраивают оргии, покупают девственность и… трахаются с представителями своего пола ради опыта и интереса.
К горлу подкатывает ком тошноты, когда я представляю Мирона — моего Мирона: взлохмаченного, возбуждённого, с расширенными зрачками и покусанными от моих поцелуев губами — с парнем…
Нет. Нужно выбросить эти видения из головы.
Пытаюсь сбросить с себя Сашины руки и отползти от него подальше.
Только где там! Он, может, и нетрадиционной ориентации, но это не делает его менее сильным. Он сжимает мои предплечья до боли, не позволяя двинуться с места.
Глухо вскрикиваю."
"— Отпусти… ты… блин… — шиплю сдавленно.
— Давай решайся, Лина. Да или нет? Мне нужен ответ сейчас, — говорит Саша.
— Если ты боишься, что я тебя сдам твоим же друзьям, как только выберусь из машины на свободу, то ты ошибаешься.
