Никто не уволен, стражник получит урок на всю жизнь.
Вздохнула, поняв, что сейчас ничего не докажу Шайну, такое впечатление, что мальчик на весь мир озлоблен. Может со временем, если будем общаться, и удасться хоть немного переубедить этого взрослого ребенка.
— Знаешь, а ты мне нравишься, каким есть. Уверена, пообщавшись с тобой подольше, и другие бы тебя оценили по достоинству. Ты умный, много знаешь, с тобой очень интересно поговорить, ты милый, если, конечно, не изображаешь темного властелина. А еще красивый — твои глаза, как по мне — твоя изюминка.
Как сказал один мой знакомый — это то, что тебя выделяет.
— Я знаю, что ты испытываешь ко мне симпатию, нейтрально отметил ребенок, тоже видимо решив больше не спорить. Я чувствую направленные в мою сторону эмоции. Способен ими питаться. Ужас острый, и наиболее вкусный. Страх тоже имеет довольно интересный сладкий привкус. Твою симпатию я ощущаю как что-то свежее, тоже вкусное, почти холодное… словно мятное мороженное ем. Вот почему ты не боишься моих слов? Тебе еще и смешно.
— Я просто подумала, как это круто, ощущать эмоции, как еду. Тогда не нужно было бы сидеть на разных диетах. Вкус есть, калорий нет — мечта. Так что от такой способности я бы тоже не отказалась, и периодически выводила бы окружающих на эмоции. Только на твоем месте я бы все же пробовала расширить рацион, пробуя получить от других самые разнообразные вкусовые эмоции. Мне кажется, одно и то же есть, быстро приедается.
— Страх никогда не приестся. Но над расширением спектра я подумаю, — произнес Шайн и вдруг взял меня за руку, сделав вид, что так и надо.
Руку не отняла, и дальше мы так к речке и пошли. Возможно, мальчик захотел ощутить на вкус, что такое настоящая дружба.
Вечером, когда мы с Шайноном как обычно увлеклись игрой в местный аналог шахмат, называемый здесь даштаг, что в переводе означает «противостояние». Игра стала нашим ежевечерним ритуалом, и хотя бы одну партию мы всегда проводим. Шайну игра не надоедает, в ней он эксперт, и обучает теперь всем премудростям меня.
Недавно, с горящими глазами мальчик поведал, что скоро должна выйти магическая усложненная версия игры, с эффектом присутствия на поле боя. Да, должно быть очень интересно.
Мы так с Шайном увлеклись игрой, что когда надо мной вдруг раздался удивленный, очень знакомый голос, вздрогнула и выронила фигурку, которую на тот момент держала в руке.
— Ника, а что вы здесь делаете?
Почему-то первым делом отметила, что магистр обращается коо мне на «вы».
