Сказывается профессиональная наблюдательность, противник перед ударом слегка смещает корпус. Пригибаюсь и не давая Палачу опомниться, левой рукой бью снизу. Снова в челюсть. Этого хватит, чтобы дезориентировать его.
Сработало. Соперник теряет бдительность, пытаясь прийти в себя. Провожу серию коротких, точных, жёстких ударов по корпусу.
Народ подскакивает с мест. Кто-то вступает в перепалку, обсуждая поединок."
"Эхом отражается от стен гул десятков глоток.
Кидаю взгляд на место начальника, Чигуров сильно подался вперёд, едва удерживается на самом краю сиденья.
Он весь – ожидание крови и боли.
Я отвлёкся лишь на миг, но этого хватило Палачу, чтобы достать меня. Краем глаза замечаю движение, пытаюсь уйти. Мне прилетает по касательной в нос, слышен противный хруст переносицы. Кровь заливает лицо, стекая по подбородку, расползаясь по рубахе кляксами.
Закрываюсь, чтобы не пропустить удар снова, отступаю. Тело Палача блестит от пота. Он сытый и отдохнувший.
И за этот его вид такая ненависть в душе взметнулась, огнём алым опалила нутро! И что-то изменилось, р-раз и в руках сила расцвела – я должен выжить не ради себя, ради тех, кто ждёт…
Не давая противнику собраться, одним плавным движением перетекаю ближе.
Захват, бросок. Соперник ещё не успевает коснуться пола, когда я оказываюсь рядом, словно змея оплетаю его. Фиксирую ногами бедро, складываю кисти в замок, зажимая стопу под бицепсом. Скручивающим движением выворачиваю пятку. Будь я на ринге и этого было бы достаточно, но тут останавливаться нельзя.
Продолжаю движение дальше, выворачивая коленный сустав и мышцы бедра.
Палач кричит, надрывно. Я ощущаю, как хрустят под руками связки голеностопа. Моментально выхожу из захвата и возвращаю Палачу его удар в нос. Он воет, зажав ногу руками. Кровавая гримаса исказила лицо. Грязный бой. Но зрители беснуются. Слышно, как падают стулья, когда кто-то подскакивает на эмоциях.
К Палачу подбегает наш «рефери», наклоняется к нему, что-то спрашивает. Я натыкаюсь на злобный, полный ненависти взгляд Старого.
Его губы превратились в узкую полоску, черты лица заострились, желваки ходили по скулам. Понятно, падла, на кого ты ставил. Прогадал.
Чигуров поднялся, вдыхая, втягивая ноздрями резкий, отдающий железом запах крови. Пальцы его шевелились, точно он пытался дотянуться до тех капель, что теперь украшали пол.
Охранник поднялся:
– И снова наш победитель – Бугай!
Зал грохнул.
– Вставай, Палач! Не дури! Поднимайся! Убей его! – неслось со всех сторон.
