Ну да, точно! Летняя сидячая коляска, потому что из люльки сын давно вырос.
В тот момент, когда украли куклу, приняв ее за настоящего младенца, она лежала в Юрочкиной коляске – в люльке, которая подходит для месячного ребенка. Но Танюшка ее в эту коляску не укладывала. Когда она играла подаренной куклой, коляски Юрочки вообще на участке не было. Званцевы пришли гораздо позже. Да и стояла Ванечкина коляска под деревом в саду, у стола, а Юрочкина – у самого крыльца.
К тому моменту дочка уже полностью утратила интерес к новой игрушке, переключилась на свои любимые бусинки.
Тогда кто переложил куклу из одной коляски в другую? И зачем? И Ласка. В их огороде весь вечер крутилась Ласка. Она всегда лает при появлении посторонних. Если бы поблизости оказались похитители, то собака непременно подняла бы шум. Но она молчала. Получается, хорошо их знала?
Стоп! Что сказала Казимира, когда поднялся переполох? «Мы тут расследуем преступление, которого нет». Ну да, конечно же!
Снежана передала сына Зимину и решительным шагом двинулась к калитке.
Тот машинально принял Ванечку, в легком замешательстве глядя ей вслед.
– Гоша, Вова, а ну-ка зайдите на минутку, – сказала она.
– Зачем это? – насупился недоверчивый Гошка.
– Варенье есть. Свежее. Вы же Славины друзья, так что за калиткой стоите?
Гошка по-прежнему смотрел волчонком, но Вовчик охотно шагнул на участок.
– Варенье? Клубничное? И баба Клава не прогонит? Это же не ваш дом. Вы не можете в гости приглашать.
– Баба Клава не прогонит, – сообщила Снежана громко.
Званцевы озадаченно смотрели на новых гостей. Что задумала Снежана, они явно не понимали. Но не прогонять же. Все-таки дети, пусть и не самые воспитанные. Олечка вдруг бросила поварешку, которой мешала варенье, и бросилась по ступенькам крыльца в дом.
– Здрасьте, – шмыгнув носом, сказал Вовчик, приблизившись к столу.
– Садитесь. – Марина Званцева поставила на стол две чашки чая. – Накладывайте варенье. Это мы вчера варили.
– Славик, что ты пообещал своим друзьям за куклу для Оли? – мягко спросила Снежана.
Уши мальчика полыхали.
– Что? – не поняла Марина. – Какую куклу?
– Понимаете, Казимира оказалась права. Мы расследовали преступление, которого не было.
Накрывшее ее облегчение оттого, что детям ничего не угрожает, было слишком велико. Зимин смотрел на жену внимательно, кажется начиная догадываться о ходе ее мыслей.
– Танюшке подарили куклу, оценить всю прелесть которой она пока не в состоянии. Мала слишком.
