Сумрак свистящим шорохом жалюзи отсек последнее, что соединяло меня с бодрствующим миром.
Проснувшись, я вздрогнул и резко распахнул веки. Хруст наста, холодный воздух, разрывающий легкие тысячами льдинок, свист и темнота разом нахлынули на меня сдавливающими воспоминаниями. Тело вновь судорожно сжалось, словно в ожидании удара. Грудина отозвалась ноющей болью. Я вспомнил: да, удар был. Не смертельный, но очень неприятный. Свист, дорога, удар, - все указывало на то, что я попал в аварию. Но проснулся я не в больнице.
Полутемная комната заполнена множеством вещей, значение большей части которых мне представлялось весьма туманным. Стены увешаны различными масками, некоторые были практически в человеческий рост. С потолка свисают трубки, неизвестные предметы, более похожие на какое-то загадочное оружие, а также чучела небольших птиц и зверушек. Вдоль стен в беспорядке нагромождены сундуки, ящики и коробки. Поверх них валяются пыльные покрывала и предметы одежды. Более всего это походило на большую кладовку или единственную комнату заядлого путешественника, которому лишь нужно провести ночь перед очередной дальней поездкой да сгрузить сувениры из предыдущей.
Эту же теорию поддерживает добротный матрац, на котором я спал. Лежит он прямо на полу. Подушкой служило свернутое покрывало. Небольшое махровое полотенце с трудом скрывает коричневое пятно.
Я поморщился и сел. Голова гудела и весила, казалось, тонну. Явное сотрясение мозга. Я потер виски и прокашлялся. Грудина тут же отозвалась острой болью.
Может, у меня еще и внутренние повреждения? Что же произошло? Почему я здесь?.. И где, собственно, это «здесь»?
Откинув в сторону клетчатое одеяло без пододеяльника, я осторожно привстал, постоянно прислушиваясь к ощущениям. Кажется, кости целы. Кожа на голенях содрана так, словно я подрался с большой кошкой. Царапины немного саднило. На мне все те же растянутые трико и футболка, которые я стащил из больницы."
"Осторожно поднимаюсь, стараясь разгибаться как можно медленней, но голова все равно немилосердно кружится.
Подавив приступ тошноты, я шагнул к обшарпанной двери и взялся за ручку. Та не поддалась. Для верности я дернул сильнее, но результат тот же. Дверь оказалась заперта. Уткнулся горячим лбом в старое дерево. Поверхность отозвалась глухим звуком, прохлада скользнула по коже. Я вздрогнул и повернулся в сторону, откуда ощущался сильный сквозняк. Там тоже была дверь. Я ее не заметил сразу лишь потому, что она была оклеена обоями в тон стене.
