- Не понял, - у меня в голове всё перемешалось. - Я что, теперь - овада? То есть, овд?
- Нет, - расхохоталась старушка. - Ты всё ещё весс. А это значит...
- Никто, - кивнул я. - Шайри меня уже просветила.
- А это значит, - упрямо продолжала старушка, - что ты можешь стать кем угодно. Даже заменить оваду. Но в твоём случае, это не значит оковы. Ты свободен. И, если подучишься, сможешь общаться с Шайри невзирая на расстояние между вами.
- Подучусь? - насторожился я.
- Я тебя научу, - спокойно кивнула старушка. - После пути овады я изучала магию мааров.
Я отказалась передавать знания первому вессу. Он был недостоин. Но твоё сердце чисто. Ты не стремишься к славе. Ты равнодушен к власти над другими людьми. И только ты способен остановить монстра.
- Вы же сказали, монстр мёртв, - опешил я.
- Король умер, - скривилась овада. - Да здравствует новый король. Монстр, которого ты изгнал в Источник, растворился в живе без остатка. Но первый весс завладел его опытом и силой, которую он украл. И теперь он способен её укротить.
А это значит, что вскоре он станет ещё большим монстром, чем прежний. Тот сосал живу людей, чтобы выжить. Вся его так называемая империя существовала для того, чтобы обеспечить долгую жизнь хозяину. Но молодому вессу не нужно выживать, во всяком случае, пока. А жажда власти в нём сильнее всех остальных его нехитрых желаний.
- А почему ему не нужно выживать... пока? - опешив от новостей, спросил я.
- Потому, что жива будет поглощать его. Годами. Легенды говорят, что монстр некогда был человеком.
Очень давно. Но тот человек умер вместе с первым перерождением. Переместилась лишь жива, обладающая памятью человека. И она считала себя человеком, но это уже монстр.
- Ладно, - я помотал головой, пытаясь всё это уяснить. - Алекс без пяти минут монстр, я теперь овада, что делать-то?
- Выспаться, - улыбнулась старушка. - Пойдём, я покажу тебе наш дом.
- Дом? - недоверчиво переспросил я.
- Ты теперь с нами, весс, - проговорила бабушка, собирая нехитрые пожитки. Сунув мне в руки кувшин, добавила: - Ваша связь с Шайри священна.
Ты стал вроде моего внука по нашим обычаям.
В кувшине оказалось странное питьё, но очень вкусное. Особенно радовало, что травой оно не пахло.
- Спасибо, - искренне сказал я, передавая кувшин обратно.
Вроде поблагодарил за перекус, но в груди растекаюсь тепло от неожиданного исполнения детской мечты.
- Но, конечно, лентяйничать у тебя не получится, - строго сказала бабушка, внимательно взирая на меня.
